Ее глаза не закрылись. Но ее тут больше не было.
Дэнни зарыдал, содрогаясь всем телом. Кафари сжала ему плечо. Потом она выпрыгнула из кузова. Ее сухие глаза пылали ненавистью. Достала из кабины своего грузовика оптический прицел “Старлайт”. Целенаправленно двинулась к ожидающему артиллерийскому расчету. Осмотрела базу “Ниневия”, которая представляла собой тлеющее пятно света на горизонте.
— Вы знаете, чего я хочу, — сказала она, и слова прозвучали в воздухе, как звенящие куски стали. Она снова надела шлем, чтобы не оглохнуть от грохота. Потом она связалась с расчетами остальных самоходок и сказала:
— Это Альфа-один. Приготовьтесь открыть огонь.
Она постояла там еще мгновение, вглядываясь в сгущающуюся темноту, взвешивая риски и шансы, а также раздумывая над уроком, который собиралась преподнести своим врагам. Потом она залезла в кабину грузовика, сжала руль обеими руками и скомандовала:
— Огонь!
Ночь превратилась в пожар. Автомобильный парк и аэродром базы “Ниневия” перестали существовать. Топливо воспламенилось, раскалившись настолько, что могло плавить сталь. “Хеллборы” заговорили снова, тюрьма превратилась в погребальный костер, кремирующий мертвых и посылающий сообщение, которое лидеры ДЖАБ’ы не скоро забудут. Этот урок обойдется им дорого… Все три “Хеллбора” зарычали одновременно, поражая свою последнюю цель этой ночи в идеальном унисоне. Расположенный на самом дальнем от трущоб углу базы “Ниневия”, ремонтный ангар Сынка представлял собой огромное сооружение, полное высокотехнологичного военного снаряжения и сложного оборудования, необходимого для ремонта Боло.
Он разлетелся на куски под ударами самоходок Кафари. “Хеллбор” бил по складу снова и снова, превращая его в белый ад разрушений.
Боеприпасы внутри сдетонировали. Огненный шар испарил, который она так долго делила с Саймоном. Ударная волна обрушилась на остальную часть базы “Ниневия”, как коса. Все здания на обширной площади базы исчезли, а взрыв прокатился дальше по пойме Адеро, направляясь прямо к ним. Грузовик Кафари тряхнуло так сильно, что лобовое стекло разлетелось вдребезги, и он чуть не перевернулся. Грузовик встал на задние колеса, как взбрыкнувший жеребец, затем кабина снова опустилась, и они приземлились с хрустом костей и содроганием рессор. Красный Волк пришел в себя первым и начал счищать осколки стекла с одежды Кафари.
Когда она вновь смогла видеть, базы в Ниневии уже не было.
Просто… исчезла.
— Это, — красноречиво выругался Красный Волк, — был адский взрыв.
— Это, — возразила Кафари, — было только началом.
Она дала сигнал рассредоточиться. Затем включила передачу, развернулась от тлеющих руин базы и уехала. Они выиграли первое сражение. Оставшаяся часть войны обещала стать ужасной.
ГЛАВА 22
Движение разбудило Елену лязгом и толчком, заставившим ее ахнуть. Было очень темно, настолько темно, что она ничего не могла разглядеть, и достаточно холодно, чтобы поранить кожу, когда она растянулась на чем-то комковатом и холодном.
— Мама? Мы в грузовом отсеке?
Никто не ответил. Елена шарила в темноте, пытаясь нащупать руку матери, но ее пальцы натыкались только на непонятные жесткие предметы. Ее охватила паника.
— Мама!!!
Ее наручный коммуникатор тихо запищал.
— Да, сладкая моя?
— Мама! Где ты?
— Это не важно. Но мне нужно сказать тебе кое-что важное. Я не могу полететь с тобой. Есть кое-что, что я должна сделать. Или, во всяком случае, попытаться. Передай своему отцу, что я люблю его…
— Мамочка! Ты не можешь! Ты должна улететь со мной!
— Не могу, милая. И мы не можем говорить всего по открытой линии связи. Я люблю тебя. Помни об этом всегда, что бы ни случилось. Сейчас я кое с кем поговорю, и ты будешь в безопасности.
— Мамочка! — Елена, слепая и напуганная, шарила по стенке контейнера, пытаясь отыскать ручку двери, но скоро обнаружила, что изнутри ее открыть невозможно. У нее перехватило дыхание. Ее мать не смогла пойти с ней, потому что не было способа запереть дверь изнутри. Кто-то должен был запереть ее снаружи. Она закрыла ее снаружи и осталась в ловушке на Джефферсоне. Она, наверное, с самого начала знала, что все так и будет!.. Скоро контейнер полетит на орбитальную станцию, а из него не выбраться!
Елена разрыдалась, и контейнер закачался. Это грузчики перемещали контейнер на ожидающий грузовой шаттл, который должен был доставить его на орбиту. Контейнер дернулся, заскользил, с лязгом остановился. Потянулось томительное ожидание. Елена дрожала от холода, несчастная и напуганная. Затем по контейнерам прокатился гул. Она знала этот звук: включились орбитальные двигатели.