— Надо выбираться отсюда! — закричала девушка, разыскивая глазами остальных.
Оказалось, что президент Лендан все еще стоял у нее за спиной. Его покрывала густая пыль, по которой стекали струйки пота. Одна рука у Лендана была в крови.
— Что?! — крикнул он в ответ.
— Надо выбираться! — Кафари ткнула пальцем в проседавший потолок. — Он сейчас рухнет.
Президент кивнул. Девушка заметила, что у него от страха и боли посерело лицо.
Хэнк лежал под раковиной, такой же холодный и безмолвный, как каменные стены. В его теле было почти столько же отверстий, сколько в лестнице. Кафари с трудом не дала воли очередному приступу жалости и страха. Вместо этого она набила себе карманы патронами. Она взяла три винтовки подходящего калибра, затем осторожно поставила ногу на нижнюю ступеньку. Дэнни Гамаль со своей матерью стояли у подножия лестницы, ожидая результатов эксперимента Кафари. Когда она начала подниматься, Дэнни сунул ей в руку здоровенный нож. Осторожно перебираясь с одной ступеньки на другую, девушка не упускала возможности пырнуть им любую черную волосатую тушу, которая еще дергалась или пыталась двигаться. Вонь паленой шерсти и едкий запах крови ударили ей в нос, и она закашлялась.
Кафари уже почти выбралась из подвала, когда лестница заскрипела и пошатнулась у нее под ногами.
— Поднимайтесь ближе к левому краю, — крикнула она оставшимся в подвале. — Подпорки справа не держат… И поднимайтесь по одному, а то лестница рухнет.
Она добралась до вершины и осторожно заглянула за выступ, туда, где должна была быть кухня. Дома как не бывало. Последний сокрушительный взрыв снес его с лица земли, словно срезал острым ножом. Вместе с домом исчез даже дерн, обнаживший скальную породу.
Как, черт возьми, мы уцелели? И что, черт возьми, это было?
Каньон в направлении Шахматного ущелья был усеян дымящимися обломками. Яваки — и куски Яваков — подняли в небо черные тучи. Аминский мост исчез, словно никогда и не существовал. Подъездные пандусы, которые вели на него с обоих берегов реки Каламет, рухнули. Повсюду, вперемешку с обломками амбаров и других зданий, валялись полурасплавленные остовы автомобилей и сельскохозяйственной техники. Среди них лежало много трупов. Останки пехотинцев дэнга не вызывали у Кафари никаких чувств, но при виде перебитого скота и особенно человеческих тел в полях или среди обуглившихся обломков легковых автомобилей и грузовиков у девушки защемило сердце, и она не могла позволить своему взгляду задерживаться на человеческих телах, скомканных на полях или втиснутых в обломки автомобилей и фермерских грузовиков.
Она перевела взгляд в другую сторону и у нее перехватило дыхание.
Боло был буквально единственным, что она могла видеть. Его орудия двигались так быстро, что она даже не могла уследить за размытыми пятнами. Истребители пришельцев появились над вершинами утесов из песчаника и взорвались на полпути, так же быстро, как появились в поле зрения. Боло тоже стрелял во что-то на земле. Грохот орудий сотрясал ее до костей. В дыму вспыхивали фантастические синие, алые, оранжевые и багровые погребальные костры. Его гусеницы превратили поля в навоз и разорвали шоссе в клочья.
Легкий Явак попытался прошмыгнуть под защиту Хульдского ущелья, но не успел и по пути потерял три ноги, прежде чем добрался до безопасного места. Боло изрыгнул язык адского пламени, и Явак разорвало на части. Его обломки полетели прямо на Кафари, которая стала лихорадочно искать, куда бы спрятаться. Она пригнулась, только чтобы услышать предупреждающий крик Эйба Лендана:
— Потолок рушится!
Девушка пулей вылетела наружу, бросилась на землю и постаралась как можно глубже вдавиться в нее, надеясь, что ее никто не увидел. Рядом с ней в грязь бросился президент, сжимавший по винтовке в каждой руке. За ним из рушившегося подвала выскочили Айша Гамаль с сыном. Земля под Кафари проседала, опускаясь куда-то вниз. Девушка поползла вперед, не желая попасть в обвал.
Затем она прищурила глаза, пытаясь разглядеть что-нибудь во мраке, наполовину ослепленная перекрещивающимися неестественными вспышками света. Знакомые ей ориентиры были затемнены, но она уловила мимолетные проблески реки, изгиб высоких стен каньона, рельеф разбитой дороги. Если она была права, то до пещеры Аллигатора было не так уж далеко, но именно с ее стороны и доносилась сейчас оглушительная пальба.
— Нам не добраться до Аллигатора! — прокричала Кафари в ухо Айше Гамаль. — Тут есть какое-нибудь другое укрытие поближе?
— Бежим в коровник! — Айша показала в сторону каким-то чудом уцелевшего длинного и низкого сарая. — Под ним есть большой подвал, в котором у нас зреют сыры.