На мгновение лицо Эйба Лендана исказилось от гнева, и президент стиснул зубы.
— Она может стать чертовски серьезной, скоро. Вы хоть представляете, сколько там недовольных?! — воскликнул президент, кивнув в сторону высоких окон рядом со своим столом, выходящих на город, который все еще отстраивался. — Палате представителей и Сенату пришлось принять несколько крайне непопулярных законов. Никому не нравится платить высокие налоги, но, честно говоря, они еще недостаточно высоки. Такие налоги не позволят нам собрать средства на все необходимое, чтобы снова встать на ноги. А если мы в обозримом будущем не построим новую орбитальную станцию…
Ему не нужно было заканчивать мысль. Саймон и так прекрасно знал, насколько страдает промышленность Джефферсона из-за отсутствия орбитальных доков, в которых могли бы разгружаться крупные транспортные корабли. А Палата представителей и Сенат все время откладывали голосование по финансированию станции. Они даже отказались финансировать замену метеорологических и военных спутников наблюдения, которые дэнги разнесли на атомы. Из-за их отсутствия совсем недавно неожиданно разбушевавшийся в Западном океане ураган потопил половину рыболовецкого флота Джефферсона. Не получив своевременного предупреждения от более не существующих метеорологических спутников, три огромные плавучие рыбоперерабатывающие фабрики вышли в море и погибли во время бури со всем экипажем.
Фактически, именно эта катастрофа и общественный резонанс по ее поводу — четыреста пятьдесят детей потеряли одного или обоих родителей из-за шторма — вынудили, наконец, провести голосование, которое должно было состояться сегодня. Ожидающий принятия закон также включал замену военных спутников наблюдения и положение, обязывающее Джефферсон отправлять войска за пределы планеты для поддержки жестоких боев вдоль границ человечества. Оба пункта были необходимы в соответствии со всеми обязательствами Джефферсона по договору, и оба были проведены через комитет некоторыми очень смелыми политиками. Расходы на военные спутники были непопулярны среди городской бедноты, а идея отправлять молодежь сражаться в других мирах грозила настоящим взрывом народного возмущения.
— Чем я могу вам помочь, сэр? — негромко спросил Саймон.
Голос Эйба Лендана был резким от напряжения:
— Мне нужно, чтобы вы растолковали парламенту, какие шаги необходимо предпринять правительству Джефферсона и что случится, если Совместная ассамблея отвергнет договор с Конкордатом. Кто бы ни победил в президентской гонке через шесть месяцев, он должен знать, что важнее всего реализовать, если мы потеряем вас и ваш Боло из-за нашей собственной глупости.
Саймон вздрогнул от одной мысли о такой перспективе.
— Я так понимаю, — добавил Лендан, — что вы будете давать показания перед Объединенной ассамблеей сегодня днем?
— Так точно. — Эти два слова прозвучали мрачно от предвидения того, какую бурю он собирался заварить в осином гнезде правящих эшелонов Джефферсона. — Мои слова разозлят ваших соперников и не очень понравятся вашим сторонникам. То, что нужно Конкордату, не говоря уже о том, что нужно Джефферсону, сейчас крайне непопулярно, и я не вижу просветлений в обозримом будущем.
— Знаю, — голос Эйба Лендана понизился до шепота, его усталое лицо осунулось, появились глубокие морщины и темные круги под глазами. — Возможно, лучше, чем кто-либо другой на Джефферсоне. Если я только смогу продержаться до окончания выборов… — Его голос затих. — Нам остается надеяться только на Грейнджеров, обитателей Каламетского каньона… Но если на выборах победит кандидат горожан, боюсь, мы столкнемся с настоящими проблемами, и, вероятно, раньше, чем вы можете себе представить. Если только, — мрачно добавил он, — ты хотя бы наполовину так умен, как я о тебе думаю, и у тебя есть уши, которыми ты умеешь пользоваться. И если ты готов действовать в соответствии с тем, что услышишь.
Саймон стиснул зубы, но ответил не сразу. Если он хоть немного разбирался в человеческих характерах, борьба за президентское кресло может обостриться в любой момент.
— Господин президент, в сложившейся ситуации нам лучше начать совещание с вашими советниками, и в первую очередь с представителями Главного штаба.
Эйб Лендан просто кивнул, на мгновение поджав губы, когда до него дошел более глубокий смысл слов Саймона, воспринял их, разгладил морщины и спокойно перешел к следующему вопросу. Потом президент потянулся дрожащей рукой к кнопкам внутренней связи, и Саймон задумался над тем, кого он увидит в этом кабинете через шесть месяцев — и будет ли следующий человек, который сядет в это кресло, хотя бы на четверть так же квалифицирован, как его нынешний обитатель. Ему было трудно поверить, что кто-нибудь может быть более достоин поста президента, чем Абрахам Лендан.