Замечательные традиции первых пропагандистов космонавтики умножались их молодыми последователями. Международное признание получили в 40-50-х годах научно-популярные книги по истории авиации и космонавтики, написанные Борисом Валериановичем Ляпуновым и Михаилом Васильевичем Васильевым. Самобытным, ярким пропагандистом космической науки был писатель Владимир Иванович Орлов. Интересную книгу о ракетчиках написал Лев Аркадьевич Экономов. Было бы очень трудно перечислить всех авторов, которые пишут в наши дни о космосе, космонавтах, космической технике. Только в последние годы вышли книги Михаила Арлазорова, Петра Асташенкова, Марка Галлая, Льва Гильберга, Владимира Губарева, Михаила Реброва, Александра Романова, Евгения Рябчикова и многих других, чьи имена хорошо известны всем, кто интересуется космонавтикой. Я не говорю уже о книгах, написанных специалистами ракетно-космической техники и космонавтами.
Эта большая и разнообразная работа представляется мне очень важной. Конструктор космических кораблей имеет дело с мертвым металлом, писатель – с живой душой. Подобно тому как конструкторы набрасывают сегодня контуры кораблей, которые полетят в космос через много лет, писатель своими книгами очерчивает человеческий контур их будущих экипажей. И если через много лет их труд сольется вместе, значит, они делали общее дело, вели человечество вперед. А важнее этого дела нет ничего.
Ари Абрамович ШТЕРНФЕЛЬД (1905-1980) – советский ученый и популяризатор науки, занимающийся теоретическими расчетами траекторий космических полетов. Заслуженный деятель науки и техники РСФСР. Его книги «Введение в космонавтику» и «Искусственные спутники Земли» издавались более 80 раз на 36 языках народов мира. А. А. Штернфельд – лауреат международной премии Эсно-Пельтри – Гирша по астронавтике и международной премии Галабера по космонавтике.
В марте 1942 года Яков Исидорович Перельман умирал от голода и холода в осажденном Ленинграде. В те последние его дни межпланетные путешествия, которым отдал он столько лет своей жизни, казались дальше, чем когда-либо. И, наверное, от этого было особенно тяжело. Он не оставил никаких записок перед смертью. Свое завещание он написал за много лет до той страшной зимы. Вот оно:
«Если вам доведется самим совершить подобное путешествие, вспомните тогда о тех тружениках, которые смелым полетом мысли и упорной работой подготовили эту удивительную победу человеческого ума над силами природы».
У горнистов не было ни заступов, ни лопат. У горнистов были только горны, чтобы трубить сбор, чтобы вырастали дружные колонны строителей с заступами и лопатами. Но разве можно сказать, что горнисты не строили дорогу на космодром?
То, что казалось несбыточным на протяжении веков, что вчера было лишь дерзновенной мечтой, сегодня становится реальной задачей, а завтра – свершением.
Дело
Глава 1
Время больших перемен
Сейчас этого дома в Москве уже не существует – Тверская, 68. Его снесли, когда реконструировали улицу Горького, бывшую Тверскую. Но если бы весной 1927 года вы шли мимо этого дома, то наверняка запомнили бы его. Вы бы непременно остановились – все останавливались, – уж больно интересная витрина была у этого дома.
За стеклом расстилался лунный пейзаж. На горизонте из-за острых горных пиков всплывал голубоватый диск Земли. Ближе, неподалеку от вала камней, окружавшего большой кратер, стояла нацеленная в зенит космическая ракета. Неподалеку, взобравшись на гребень другого кратера, всматривался в лунные дали маленький фанерный человечек в скафандре. Над витриной красовалась вывеска: «Первая мировая выставка межпланетных аппаратов и механизмов».
У этой выставки была своя интересная предыстория. Еще в 1924 году в Москве было организовано Центральное бюро по исследованию ракетных проблем. В его состав входили Циолковский, Рынин, друг Циолковского Чижевский – выдающийся ученый, впоследствии прославившийся своими исследованиями влияния солнечных процессов на биосферу Земли, автор одного из первых проектов реактивного самолета инженер Горохов и другие. В 1924 году в Москве было создано Общество изучения межпланетных сообщений, – уже по названию видно, что инициатором его создания был Цандер.