Полученные схемы, казавшиеся наиболее удачными, обсчитывались математиками. Группа, которой руководил ученик академика М. В. Келдыша, в будущем член-корреспондент Академии наук СССР Дмитрий Евгеньевич Охоцимский, решив сложную вариационную задачу, помогла сделать окончательный выбор.
Все гениальное – просто. Королев соединил вместе два давно известных типа расположения ступеней. На тело ракеты сбоку навешивались еще четыре блока – «боковушки», как сразу окрестили их в КБ. На старте включалось все сразу: работали двигатели и центрального, основного блока и «боковушек». После выработки в них топлива «боковушки» отстреливались в сторону, а центральный блок продолжал подъем. Кто знает, может быть, предысторию «боковушек» надо искать в работах Королева 40-х годов, ведь по существу их можно назвать стартовыми ускорителями центрального блока.
Таким образом, в принятой схеме отсутствовало классически строгое деление на первую и вторую ступень. «Боковушки» были первой ступенью, а центральный блок – и первой и второй сразу.
Большую Ракету Королева назвали «машиной века». Эта конструкция не только на много лет обогнала все другие и по своей внутренней логике, и по изобретательскому совершенству, и по мощности, но что особенно важно – она была необыкновенно гибкой, пластичной, сразу были видны пути ее дальнейшего совершенствования, резервы ее мощности, угадывались возможности приспособления ее к решению задач самых разнообразных. Эта ракета по самой конструкторской природе своей была универсальна.
Королев увлечен необыкновенной работой. Это состояние для него непременно подразумевает активное вовлечение всех окружающих в сферу его интересов. Многие люди рассказывали мне, что они не только не собирались сотрудничать с Сергеем Павловичем, но относились к его работам с полнейшим равнодушием. Однако буквально после первого же разговора он, неожиданно для них самих, делал из них единомышленников и помощников. Невозможно было выстоять и не поддаться сокрушительному напору его воли и обаянию его увлеченности.
Снова многие недели проводит он в «экспедициях» – так называл Сергей Павлович командировки на стартовые площадки. Новые письма приносят строгие и молчаливые курьеры Нине Ивановне:
«Жизнь наша и дела идут, как принято говорить, ходом, а я добавил бы – очень быстрым ходом. Все дело, конечно, в том, что происходящие и произошедшие события, по мере нашего познания их, в процессе изучения полученных данных, несут нам все новые и новые неожиданности и открытия.
…Мне думается, что до берега уж не так далеко и мы, конечно, доплывем, если только будем дружно, вместе выгребать против волн и штормов…»
Они вступили на долгожданный берег 21 августа 1957 года. В этот день был произведен первый удачный пуск мощной баллистической ракеты, ставшей прообразом первой в мире космической ракеты «Восток».
Глава 7
Первый день новой эры
Помните, я писал, что некоторые программы и проекты очень «похожи» на своих авторов. Но бывают и исключения. Тихий, спокойный, редко повышающий голос, Михаил Клавдиевич Тихонравов по характеру своему точно соответствовал фамилии. Вроде бы от такого человека нельзя ждать фантастических проектов. Но… внешность обманчива: скромнейший Михаил Клавдиевич в мыслях своих был человеком дерзким. Именно он еще в 1947 году с маленькой группой своих совсем еще молодых сотрудников начал «прибрасывать» (это слово он употребил, рассказывая мне эту историю) искусственный спутник Земли.
Получалась весьма интересная картина: уже тогдашняя ракетная техника, разумеется, путем ряда конструкторских ухищрений, позволяла, в принципе, достичь первой космической скорости – около 8 километров в секунду, – необходимой для создания искусственного спутника Земли. В июле 1948 года Тихонравов в своем докладе на годичном собрании отделения Академии артиллерийских наук обосновал этот вывод. Он показался всем весьма интересным, но не более. О докладе Тихонравова поговорили и забыли. Но один человек не забыл – Сергей Павлович Королев. Тихонравов и его молодые сотрудники работу продолжали, «прибрасывали» разные спутники, в том числе и обитаемые. Королев по старой дружбе – ведь в ГИРД вместе начинали – был в курсе всех этих дел и помогал, как мог. В 1954 году энтузиазм Тихонравова был подкреплен уже организационно: в планах института, где он работал, появилась специальная тема: ИСЗ – искусственный спутник Земли. Королев выступает уже не просто как старый друг-единомышленник, а уже как заказчик: он определял задание, сроки выполнения, стоимость и материальное обеспечение работы. Иными словами, частная поначалу инициатива постепенно превращалась в важную, планом узаконенную научно-техническую разработку. 26 мая 1954 года Королев пишет письмо в Совет Министров СССР. Есть там такие слова: «Проводящаяся в настоящее время разработка новой ракеты с конечной скоростью около 7000 м/сек позволяет говорить о возможности создания в ближайшие годы искусственного спутника Земли. Путем некоторого уменьшения веса полезного груза можно будет достичь необходимой для спутника конечной скорости 8000 м/сек… Мне кажется, что в настоящее время была бы своевременной и целесообразной организация научно-исследовательского отдела для проведения первых поисковых работ по спутнику и более детальной разработки комплексов вопросов, связанных с этой проблемой».