— Хорошо, куда ехать?
— В сторону старого города.
Офицеры вышли к машине, уселись в тесноте милицейского «Уазика», и водитель дал газ. Борис попросил остановиться не доезжая квартал, пошел пешком, заверив капитана, как только освободится, так сразу явится в отдел, хотя ничего нового он добавить не может к тому, что уже сказал о задержанных.
Ночь выдалась теплой и темной. Луна висела худосочным рогаликом, и от нее не было проку. На улицах, лишь кое-где висели фонари, их свет тонул в густой зелени деревьев. Гарантия быть незамеченным — полная, но и в такой темноте разглядеть что-либо на усадьбе непросто. Зная об отсутствии собак, Петраков мог свободно передвигаться во дворе. Он легко перемахнул через высокий забор, обозначающий переулок, и бесшумно стал пробираться по меже к третьему от переулка дому. На пути дважды вставала ограда из рабицы, и вот он вышел к интересующей усадьбе. Даже в темноте можно определить, что сад запушен, зарос сорняками, в отличие от первых двух. Вчерашний старик сказал правду: усадьба пустует. И все же терять бдительность нельзя. Петраков, пригибаясь к земле как можно ниже, направился к дому и вскоре оказался перед такой же глухой оградой, что и со стороны улицы. Прислушался, кругом тишина. Бросок, и он на той стороне. Борис осмотрелся. Окна дома, наглухо зашторенные, тускло светились, доносилась какая-то маршевая музыка. В ограде длинный кирпичный сарай с несколькими высокими и широкими дверями. Гаражи. Часть стены и крыши этого сарая видна с улицы, но оттуда не определишь его размер. Он оказался внушительным. Здесь свободно разместятся пять-шесть легковых автомобилей. Удобно. Сейчас двор пустовал.
Борис, не спеша, обследовал все окна, надеясь найти щель в шторах и хоть что-то увидеть из того, что делается внутри, и едва не напоролся на притаившегося человека на открытой веранде. Он, обхватив стойку руками, дремал. Одет в камуфляжную форму охранника, перепоясан портупеей, на правом боку, в кобуре, пистолет. Петраков удалился и стал терпеливо наблюдать. Прошел час томительного ожидания, человек на веранде дважды вставал, прохаживался, и снова — тишина. Наконец, входная дверь дома отворилась, и на веранду вышел человек, его спину тускло освещал свет из коридора, музыка донеслась отчетливее.
— Как обстановка? — раздался вопрос вышедшего, и Петраков узнал этот голос.
— Как всегда, тихо.
— Мы закончили, выгоняй! — приказал развязно и неровно знакомый голос, и человек скрылся в доме.
Охранник направился к одной из дверей постройки, отворил их и, через несколько секунд, внутри плавно и едва слышно заурчал джип, вот он выкатился из гаража и встал напротив ворот. Через минуту из дома появились двое мужчин, ведя, точнее сказать, неся за руки, пьяную вдрызг девушку. Все трое уселись в джип, ворота, как в сказке об Али-Бабе поехали в сторону, джип покатился, брызнув светом фар, пропал за поворотом. Ворота так же плавно закрылись. Борис присвистнул.
Все ясно, вот куда, как сказал Алексей, исчезала Олеся после изнасилования и попытки найти в милиции защиту и справедливость. Девушка отчаялась и под давлением обстоятельств стала проституткой. Когда последовало требование матери и тети во всем признаться, дать показания частному сыщику, девушка не выдержала и наложила на себя руки. И за всем этим стоит один и тот же черноусый, смуглолицый человек. Сетуя на то, что на этот раз он не смог добыть никаких вещественных доказательств, Петраков, опасаясь быть обнаруженным оставшимися в доме людьми, удалился. Если бы он не заспешил, то узнал бы именно то, что хотел узнать. Но, как говорится, проехали.
Через полчаса, как Петраков покинул усадьбу, джип вернулся, из него вышли двое. Поставив машину в гараж, двое вошли в соседний, плотно притворив двери, через щели которой все же засветился электрический свет. Спустя несколько минут оттуда донеслись стукающие о металл звуки, затем зашипела газовая горелка. Только под утро в гараже смолкла работа, а уставшие люди быстро покинули усадьбу. Утром, когда патрульные службы сворачивают свою работу, а новый наряд получает задание, из ворот Спартаковской, 29, вышли сразу четыре джипа и направились в сторону грузовой железнодорожной станции, не встретив ни одного мента на дороге. Там машины были быстро погружены на платформы, закреплены растяжками, сопровождающий получил все необходимые документы на перевозку автомашин, и в тот же час платформа укатила вместе с грузовым составом на Северный Кавказ.