— Почему же, я в состоянии понять, капитан, тем более всю историю Евгении Кузнецовой я знаю. Но ты сделал ошибку, написав донесение, капитан.
— Что вы сказали? — вставая, воскликнул Петраков, — неужели.
— Да, капитан, это факт. Нам надо его доказать с помощью эмиссара. Мы не знали, кто из этой десятки он. Ты подсказал. Но любопытно узнать, почему ты не стал доверять Кудрину?
— Первое же дело, которое он поручил мне расследовать, касалось изнасилования старшеклассницы Олеси Берестовой. Ее заманили в машину люди Подшивалова и надругались. С ее помощью и ее друга, мне удалось выйти на базу угонщиков, но у меня получилась осечка.
— Что ж, капитан, ты оказался один с хорошо организованной преступной, я бы сказал, элитной группой. И как ты правильно догадался, в Новгороде ею руководит не рядовой офицер. Здесь, капитан, много неясного. Вот совместными усилиями мы и протрем все стеклышки.
— Можно ли привлечь к делу надежного боевого товарища — прапорщика Бакшина?
— Даже необходимо, капитан. Кадры в обрез. Где он?
— Мой заместитель команды.
— Ясно, — сказал полковник и отдал кому-то команду относительно Бакшина. — Завтра, надеюсь, будет здесь, и — за работу. Обстановка торопит. В Назрань поступила новая партия джипов. Вы будете с прапорщиком покупателями.
Авторынок в Назрани не окинешь глазом. Каких только автомашин и марок нет! Ряды, ряды, ряды. Сотни длинных рядов. Десятки передвижных пунктов по оформлению документов, шашлыки, чебуреки, манты, пиво, вино. Потоки разной музыки.
Петраков, одетый в синий джинсовый костюм и короткую куртку, вышел из «девятки» в сопровождении двух охранников, двинулся вдоль вереницы автомашин, припаркованных к обочине широкой дороги. Водитель остался в машине.
Покружив по рядам для порядка и изучив обстановку, Петраков обратил внимание на стоящие подряд джипы «Тойота», «Ленд-Крузер» и «Мерседес». Он дал знать своим спутникам, стал осматривать машины и прицениваться.
— Мне, ребята, подешевле, но понадежнее, — улыбаясь, сказал он двум мужикам игривым тоном, что сидели в салонах и о чем-то оживленно говорили. — Не обязательно совсем новый, но надежный.
— Все хотят подешевле и понадежнее, — таким же тоном ответил один из них. — Самые дешевые и самые надежные наши машины. Посмотри, всего три года возраст. Это значит младенец.
— Давай посмотрим. Мне надо выбрать, чтоб документы были в порядке, паспорт, номера совпадали. И двигатель работал, тихо, как мышь, — глаза у Бориса горели, он перебрасывал взгляд с одной машины на другую.
— Смотри, пожалуйста, дорогой, если деньги есть.
— Деньги есть. Я, может, только прицениться пришел, посмотреть. Торопиться не надо.
— Твое дело, дорогой, — ответил хозяин, теряя интерес к мужику.
— Ты меня правильно пойми, не сто рублей стоит, — и пошел дальше, высматривая, на какой машине остановиться.
Они обошли два ряда и вернулись в «Лендам», как это делали другие покупатели и стали торговаться.
— Если уступишь один процент, я беру один из этих красавцев, — сказал Петраков хозяину.
— Хорошо, выбирай любой, — согласился тот.
— Открывай капот, посмотрим движок, скажем, вот этого.
— Пожалуйста, любой откроем, смотри, выбирай, если деньги есть.
— Есть-есть, не волнуйся, — Борис стал внимательно рассматривать движок и остальные узлы, но номер кузова и двигателя не совпадал с теми, которые дал ему полковник.
— Что-то сыровато, — сказал Бакшин, склонившись к Борису и разглядывая радиатор. — Видишь, небольшой подтек тосола.
— Какой подтек? — вмешался хозяин, — капнули, когда доливали тосол.
— А почему доливали? — не согласился Бакшин, — потому что расход. Давай посмотрим другой, я покупаю, я критикую. Согласен?
— Как хочешь, я сказал, выбирай, — и хозяин перешел ко второй машине.
Выбор остановили на только на шестой машине. Совпали все номера: кузова, шасси, двигателя.
— Давай документы, — сказал Петраков, — если все нормально — берем.
— У нас все нормально, не сомневайся, дорогой, — с достоинством говорил хозяин. — У нас фирма.
— А почему на рынке, если фирма? — недоверчиво спросил Бакшин. — Может, мне перечислением выгоднее.
— Дорогой, зачем глупый вопрос? Иди в магазин нашей же фирмы, там договаривайся по безналичке. Там все можно, на рынке — только наличка.
— Все правильно, не слушай его, — сказал Петраков, — это мой зятек, въедливый, любого достанет. И так, скидываешь один процент от первоначальной цены?