— Ну, вот и ладушки. Я слышу, мой Леша уже подсуетился и гремит посудой на кухне. Вы пока устраивайтесь с дороги, принимайте душ, а я к тому времени накрою стол.
— Отлично! Вот продукты, — Игорь передал Алле саквояж. — Кстати, в нем наш презент — постельный набор, которыми торгуем. Возьмите.
— Спасибо, — сказала Алла и бросила на Игоря интригующий взгляд, удаляясь на кухню.
Стол был накрыт в гостиной. Приготовленные салаты из овощей, купленных на рынке, холодные закуски из сыра и колбасы выглядели аппетитно. Видно, сервировка выполнена опытной рукой человека, умеющего обслужить и обладающего хорошим вкусом.
Выпили за знакомство. Алексей отказался: за рулем, но пообещал в следующий раз поставить машину в гараж и поддержать компанию. Игорь не возражал, тем более что ему определенно нравилась его сестра, и он готов разделить с ней ночь уже сегодня же. Он понял об ответном желании Аллы по ее многозначительным взглядам и зовущей улыбке. В такие секунды глаза ее расширялись, вспыхивали озорными заразительными огоньками. Он пытался отвечать ей тем же, но понимал, что вряд ли им удастся сблизиться так быстро: вернулся с уличных игр ее малолетний сын и уединился в комнате. Рахим в этом деле не помеха, а вот мальчишка — другое дело. Но они продолжали игру глазами, и Игорь чувствовал, как в нем крепнет желание раздеть эту женщину.
Из разговора выяснилось, что квартиру Алла арендует у родственников, которые семьей уехали на работу за границу. С мужем она в разводе второй год, но замуж пока не собирается и довольна своими любовниками.
— Прошлый раз у меня тоже останавливались двое мальчиков, — сказала Алла, когда предложила Игорю помочь ей подать на стол чай, и они прошли на кухню. — Мальчики — прелесть.
Игорю откровение не понравилось, он, хищно оскалив зубы, вплотную приблизился к Алле, прижал ее к стене, обхватив тонкую талию руками.
— Мне это не нравится, малышка!
Алла расхохоталась, взяла его руки в свои и потянула кверху, но, обессилев от его сопротивления, притворно уронила на пышную грудь.
— Хочешь доказать, что ты тоже конфетка? — лукаво и озорно глянула она на Игоря, обжигая.
— Но где?
— У меня есть подружка. Мы можем исчезнуть на пару часов и оторваться по полной программе.
Игорь жадно впился в ее губы и еще сильнее притиснул к стене. Освобождаясь от затяжного поцелуя, она с дрожью в голосе прошептала:
— Не стоит здесь обжигаться. Нас могут разоблачить.
Она высвободилась из объятий Игоря и загремела посудой. Укрощая свой порыв, Игорь вспомнил слова дяди Саида:
«Будь осторожнее с женщинами, сынок, с ними можно сгореть».
«Можно, — согласился мысленно Игорь, — но не с этой».
Все так и случилось: они отрывались по полной программе, только не в течение двух часов, а всю ночь. Подруги дома не оказалось. У Аллы же были ключи от уютной квартиры. Сначала они, как изголодавшиеся псы, быстро утолили первый голод при потушенных лампах, затем все пошло размеренно и неторопливо.
— Ты не против, если я включу свет. Чувствовать настоящего мужчину одно наслаждение, но видеть его тело и все, как он это делает — совсем другое.
— Я сам хотел предложить тебе включить хотя бы ночник. Он создает интим.
— Кровать — это кусочек театральной сцены, а мы актеры, — возвышенно сказала она, — и любовная игра не должна проходить в затемнении. У нас с тобой одинаковые мысли и желания.
Она сходила на кухню, принесла на подносе два высоких фужера, наполненные белым вином, плитку шоколада и включила свет. Люстра над ними засияла в несколько ламп, и свет, отражаясь от зеркального многоугольника, расположенного под потолком, словно солнечный поток высветил их любовное ложе. Они с наслаждением выпили вино, привкус его еще не успел улетучиться с языка, как они потянулись друг к другу в тишине, которую нарушали лишь звуки поцелуев, да возгласы исторгнутые от взлета на вершину любви, да безумное, только им понятное, бормотание.
— Глубже, глубже! О, какой огромный, какой сильный!
Яркий свет хорошо позволял разглядеть атлетическое тело любовника, видеть, как живет его каждый мускул, и она припадала губами всюду, где ей хотелось. Он отвечал ей тем же, становясь в замысловатые позы, от которых ощущение обновлялось, и она ничуть не сожалела, что притащила его сюда.
Назавтра, в полусонном состоянии, он с Рахимом принимал новую партию товара. На автолавке Алексея, который вел себя как старый тертый калач, компаньоны торговали у проходной машзавода. Место оказалось людное, и товар разошелся за несколько часов. Компаньоны остались, весьма, довольны. Алексей, получив свою долю, глядя, как напарники считают деньги, будничным тоном сказал: