– Серьезно? – я стукнула по наглым пальцам. - Отқуда такая редкость?
– Как-то выменял на три ракушки с Красного моря. А ракушки до этого выиграл в карты. На кон ставил против броши в виде щита. Ее мне как-то подарил один добрый человек, за которого я заплатил в кабаке. Тогда еще хозяин меня нанял, чтобы я спаивал гостей.
Все-таки у Тэйра дар уводить разговор в такие дебри, что слушать его уже не хочется. Специально забалтывает же, нехороший он человек.
Стоило мне только начать скользить по веревке вниз, как камень стал светиться мягким светом. Не свеча или лампа, но на пару шагов вокруг хотя бы все видно.
Подстраховка сверху скорее тормозила меня, чем помогала. Я бы уже давно добралась до дна, но приходилось ползти со скоростью гусеницы.
Воздух здесь был. И это из хороших новостей. А то, что дышать им трудно – это совсем другое. Затхлый и тяжелый, делающий каждый вздох проблемой. А еще тут холoдно. Вот только при спуске в шахты понимаешь,что ты находишься на севере страны. А я не осмотрительно не прихватила с собой меховое манто. И шапку.
Под ногами скрипнула каменная крошка. Зато в грязи отчетливо были видны следы. Я насчитала семь человек. Практически угадала в храме. Шесть держались кучно, видимо, несли феникса, а один шел позади – руководитель.
Благодаря «ночному свету» я легко отследила их путь. Далеко уйти воришки не успели.
– Да вы издеваетесь? – пробормотала я себе под нос, любуясь шестью трупами в слабом свете камня. – Зачем мне трупы?
Проверив всех, я с сожалением отряхнула руки. Увы, удары кинжалом в сердце не умеет исцелять даже самый профессиональный лекарь. Вытащив один и повертев, чтобы получше рассмотреть, я всадила нож обратно в грудь трупа. Мне схоалинское оружие не нужно. Не люблю его из-за кривого лезвия.
Статуя Золотого феникса, небрежно брошенная возле разрушенного колодца, благодаря моему камню заиграла отблесками. А красиво сделали. Птичка прямо как живая выглядит. Мастер был действительно мастер.
Минут пять я потратила на ощупывание статуи. Резной узор мешал определить, куда спрятали часть ключа. С трудом смогла уловить знакомые очертания между лап феникса. Кажется, мастер ещё и шутник.
У меня есть два варианта и оба отдают легкой степенью дурости: либо возвращаться и звать подмогу, чтобы они тащили статую обратно, либо попытаться самой отковырять нужную мне деталь.
В первом случае, схоалинцы могут пожаловать быстрее нас, да и устраивать в шахте разборки так себе затея. Я же не знаю, сколько будет противников. И справимся ли с Тэйром с ними. На блондина и служащих надежды никақой нет.
Во втором, я могу повредить часть ключа. Да и ковыряться у птички между ног… кстати, что у них с анатомией? Или как этo называется?
Терять время все же нежелательно, поскольку тел было шесть, а, значит, седьмой сбежал за теми, кто должен прийти и забрать статую. Вооружившись своим ножом, я принялась соскабливать слой позолоты, скрывающей лепесток от ключа.
Когда мои руки уже блестели на зависть любой моднице, удалось подцепить край лишней детали, не принадлежащей скульптуре. Весь Золотой феникс истошно застонал, но не развалился на части, когда я на манер долота принялась дубасить камнем по рукоятке ножа.
Спрятав добытое в карман, я, поколебавшись пару секунд, потерла хвост птичке. Вон он как блестит. Явно много народа приложило к этому руку. Наверняка что-то в этом да есть.
Но когда, довольная собой, я распрямилась, услышала шум шагов. Из соседнего туннеля с нужным мне. Как назло, эхо в шахтах работало против меня. Если сейчас брошусь к выходу,то мои шаги точно услышат.
Сжав камень в ладони, чтобы свет не выдал меня,тихонько отступила в темноту туннеля за спиной. Врага лучше встречать лицом, а не затылком. Присев за выступающий камень, я полностью стала невидимкой для незваных гостей. Лишь бы Тэйр не заскучал из-за моего долгого отсутствия и не решил побыть героем. Часть ключа уже у нас, смысла рисковать нет.
Схоалинское наречие звучало резко и отрывисто, хoтя внешне людей, освещенных чадящими факелами, от обычных жителей Троецарствия отличить трудно. Насчитав двадцать морд, я порадовалась свoей осторожности. Однако, когда десять человек подняли статую с помощью импровизированных носилок, сделанных из палок, перевязанных веревкой, остальные засуетились возле туннеля, который вел обратно в храм, задумчиво прикусила губу, просчитывая варианты.