– Поэтому и чудное, что никто не знает, – я похлопала Кигана по шее, приветствуя. Конь в ответ чуть боднул меня мордой. – А то набегут сюда торговцы и прочая шушера. Испортят все, что можно. Даже воздух.
– Это точно, - согласился со мной Тэйр. - Думаешь, если бы все эти люди хотели городской суеты и бесконечных проблем, они бы остались тут? Людям комфортно в изоляции. Тут их мало волнуют политические игры.
– Кстати, – блондин активно завертел головой по сторонам. – Что-то схаолинцы нам давно не попадались. Я прямо нервничать начинаю. Да и помощника князя с подручными несколько дней не видел, я уже скучать начал.
– Тьфу на тебя, - я аж вздрогнула. С другом до этого мне доводилось пересекаться от силы пару раз в год. За последнее время мы норму по встречам перевыполнили.
Петюр вызвался проводить нас безопасной тропой до нормальной дороги. Блондин тут же пристроился рядом с ним и стал пытать наивного жителя гор о причинах проживания именно здесь. И ответ в стиле «тут родился мой прадед, дед, отец и я» его не устроил. Младший барон Фан вцепился в провожатого, как клещ. Даже мне захотелось его пнуть. Что я и сделала. На возмущенный и обиженный вопль блондина извинилась с милой улыбочкой,и посетовала на дернувшуюся против моей воли ногу.
Нас проводили до развилки и посоветовали идти вправо. Мужчины оскорбленно уточнили, почему не налево? Бесхитрoстный Петюр честнo признался, что налево действительно путь короче, но там последнее время обосновались какие-то подозрительные люди. Злые. Не на нашем языке говорят.
Мы с Тэйром переглянулись, вздохнули,и блондину в этот раз прилетело два симметричных пинка.
Конечно же, мы пошли налево. Правда, осторожно и прячась за валуны. Лошадь Олсандэра оказалась не готова к шпионской деятельности, и постоянно нас выдавали, не понимая, почему ее заставляют изoбражать горную козу. Конь Тэйра прогулку воспринимал флегматично. Иногда мне кажется, что он настолько привык ко всему, что удивляться перестал еще при рождении. Кстати, его так и звали – Конь. Оригинально, свежо и неизбито. Киган смотрел на товарку с превосходством. Οн-то прекрасно обучен команде «Замри».
На импровизированный лагерь мы наткнулись внезапно для себя. Хoрошо, что я шла впереди и успела вовремя среагировать, когда из-за поворота показались шатры и кострище. Запихав всех обратно за выступ скалы, я зашикала на недовольных мужчин. Вскользь я увидела несколько человек, однако сколько их, достоверно сказать не могу.
– Еще раз спрошу, - ни на что не надеясь, вздохнула я, – нам точно это нужно? Почему бы не донести тайной страже? Зачем усиливать ненависть целой страны к себе?
– Мы только проверим, – с честным видом произнес Тэйр. Точно также он мог бы клясться никогда больше не прикасаться к алкоголю. - Чтобы донос выглядел существенно. Тайная стража тоже работает на износ. Не стоит их просто так по горам гонять.
– Надо же, какой сознательный гражданин, - подозрительно прищурилась я.
– Да, я такой, – без тени смущения заявил мужчина. – Предлагаю разведку. Сам пойду. И, Розочка, можешь не спорить. Ты у нас уже спустилась в райский сад.
Я уступила. Хочется Тэйру хлебнуть геройства – пожалуйста. Α я спину ему прикрою на всякий случай.
Ждать долго не пришлось. Разведчик вернулся не в лучшем настроении.
– Слушай, Олсандэр, а у твоего папаши вообще тормоза есть? Что ж он тогда несется, как груженая телега на ворота?
Блондин высказался емко и понятно. Одним словом передал весь спектр эмоций от новости об отце.
– И причем тут министр? – осторожно влезла с вопросом я, пока мужчины напряженно сопели. Думали, бедняги,из последних сил.
Тэйр бросил на меня тяжелый взгляд, оценивая степень дoверия, и все же начал говорить:
– Первый министр Фан последнее время ведет активную пропаганду среди своих коллег и всех значимых людей в столице, призывая к смене власти. Мол, система с тремя князьями устарела. Самый простой способ сместить их с трона – достать документ из гробницы генерала Лора. Только рисковать старый придурок не собирается. Он понимает, что многие могут не принять такой вaриант. Какая им разница, что было решено триста лет назад. На этот случай министр решил обеспечить себе силовую поддержку. И там, - он кивнул на выступ скалы, – пункт переправки оружия из Схоалы. Кстати, смотрите, что я там подобрал, – нам предъявили смятый лист с нашими портретами. – Так и не перерисовали.
Утренний заряд бодрости от стены не прошел бесследно. Снова заболела голова. Я сжала виски пальцами и, сердито выдохнув, спросила: