Костров было много. Историй тоже. И большинство из них были похожи одна на другую как две капли воды. Война, несмотря на то что была лишь на севере, прокатилась по всему королевству. Где-то в виде реквизиций, где-то в виде рекрутчины, а где-то в виде разгула разбойничьих шаек. У большинства из ребят она отняла всё. Лишила дома, семьи, привычной работы. Впрочем, пусть изредка, но встречались среди них и авантюристы, решившие посмотреть мир и подзаработать деньжат. Таких мы тоже брали, при том условии, что они будут подчиняться принятому у нас своду правил. Хотя Бернард был не в восторге. По его словам, это были крайне ненадёжные союзники, которых сдует ветром, как только они поймут, в какую задницу попали. Но пока что у нас дезертировал лишь один человек, да и тот был засланным казачком от храмовников.
Кто-то из бойцов вручил Игнацу большую деревянную кружку. Тот наполнил её из своей фляги, слегка пригубил и передал соседу. Тот повторил и передал её сидевшему рядом. Эта самая посудина должна была сделать полный круг, побывав в руках у каждого, а затем вернуться к тому, кто её наполнил. Ещё один из наших маленьких ритуалов. Делая небольшой глоток из наполненной им кружки, мы показывали новобранцу, что полностью доверяем ему. И разделяем нелёгкую ношу его судьбы. Этакое своеобразное «принятие в семью», если так можно сказать.
Перед выходом из порта Дрейк у нас с Бернардом состоялся весьма долгий разговор на эту тему. В котором старый сержант пояснил, что отряд довольно долго путешествует вместе да и сильно разросся за последнее время. Пора бы уже определиться с тем, кто мы есть. Пути развития было два. И у каждого имелись свои плюсы и минусы.
С одной стороны, мы могли стать самыми обыкновенными циничными головорезами, как большинство наёмничьих шаек. Где каждому глубоко и искренне плевать на то, какую работу он выполняет, как дела у его боевых товарищей и что их ждёт завтра. Главное, чтобы хорошо платили и работа была не слишком уж рискованная.
Плюсы у такой схемы были очевидны. Такой шайке можно было отдать приказ почти любой степени мерзотности, и они с радостью его выполнят, если посулить им денежную премию. К потерям такой отряд тоже будет почти безразличен. Наёмникам будет наплевать на тот факт, что их командир меняет бойцов, как перчатки. Главное, чтоб платил щедро и вовремя. Бунт, в случае если ты обойдёшься с кем-то из них не по справедливости тоже был почти исключён. Так что в каком-то смысле такой тип командования давал серьёзную степень свободы. Конечно, до тех пор, пока у тебя были деньги, и пока некоторым из наёмников не пришла в голову мысль, что проще забрать всю казну силой, чем получать её по частям в виде жалования.
Минусы, впрочем, тоже были. И весьма серьёзные. Как только кончатся деньги или запахнет серьёзной опасностью — все солдаты моментально разбегутся. Такие не пойдут вытаскивать тебя из застенков храмовников, опасного подземелья или какой-нибудь другой не менее «приятной» задницы. А, кроме того… Их очень легко перекупить. Достаточно лишь предложить большую цену.
Вторым вариантом было создать нечто вроде боевого братства. Этакой своеобразной семьи, где все друг за друга горой и проблемы одного члена отряда очень быстро становятся проблемой всех. Плюсы были очевидны. Узы такого отряда не завязывались на тугом кошеле, висящем на поясе у их командира. Да и своего в беде они не бросят, случись что. Так что я смело мог рассчитывать на их помощь в серьёзной ситуации. Да и с поля боя такие не драпанут, оголив фланги товарищей. Скорее уж начнут драться вдвое яростнее, пытаясь отбить раненых или отомстить за убитых.
Но и минусы были существенные. В плане командования у меня оставалось совсем немного свободы. Приходилось почти во всех вопросах опираться на мнение коллектива. И если коллектив вдруг решит, что с кем-то ты обошёлся не по совести, он может очень крепко с тебя спросить. Потери такой отряд тоже будет воспринимать тяжело. Любая смерть будет восприниматься, как гибель члена семьи. И с нашей «текучкой» кадров это может стать серьёзной проблемой. Единоличные решения по поводу дальнейшей судьбы кампании уже не попринимаешь. Придётся учитывать мнения всех. Или хотя бы делать вид, что учитываешь. Кроме того, нужно поддерживать командный дух, соблюдая целую кучу таких вот маленьких и не очень традиций, что тоже отнимало порядочно сил и времени. И самое сложное — приходилось играть роль этакого отца-командира. Что мне давалось невероятно сложно. Сказывались небольшой опыт и возраст доставшегося тела. Попади я в старого, убелённого сединами дядьку — было бы значительно проще.