— Звучит так, будто ты их искренне презираешь… — покачала головой девушка.
— Презираю? — я на мгновение задумался, пробуя это слово на вкус. Оно не совсем подходило под те чувства, что я испытывал по отношению к бывшим куртизанкам и нынешним маркитанткам, — Нет, скорее жалею. Той жалостью, которой обычно жалеют убогих, просящих милостыню на паперти храма. Ведь, как и у тех юродивых, у них наверняка не было другого пути и выбора. И теперь им остаётся лишь завидовать тем, у кого этот выбор имелся. А, кроме того, мне жалко их, как самых обыкновенных дурочек. Ведь им невдомёк, что в казне отряда шаром покати, да и место рядом со мной усеяно ядовитыми шипами, которые могут в любой момент отнять жизнь у того, кто на него попробует взгромоздиться.
— В тебе прямо поэт заговорил, — ухмыльнулась Айлин и тут же помрачнев, добавила, — Но я понимаю, о чём ты.
— И это ещё одна причина, почему я выбрал тебя, а не одну из них, — горло пересохло, так что мне пришлось взять паузу и смочить его холодным квасом из кружки. Мне не нравился разговор. Тем более проговорено всё это было не раз и не два, но почему-то тема до сих пор не давала Айлин покоя, — А теперь, когда мы прояснили этот момент, я очень надеюсь, что ты больше не будешь возвращаться к этому вопросу или… к старым методам «отстаивания» своего.
— Только когда захочу, чтобы ты снова меня похвалил, — фыркнула девушка, — Что же до остальных, я и правда оставлю их в покое, если они не будут давать мне повода. Но мне всё равно непонятно, зачем тебе нужна именно я в роли их командира. Это такое наказание за мои… проделки?
— Ты слишком мелочно мыслишь, — я выловил из миски большой, истекающий соком кусок мяса, и на мгновение замер, разглядывая его, — Попробуй оценить ситуацию стратегически. Что тебе это даст?
— Помимо целой кучи проблем? — едко заметила девушка, пододвигая к себе увесистую деревянную кружку и наполняя её квасом из запотевшего глиняного кувшина, — Даже не знаю. А ты знаешь, что я терпеть не могу такого рода загадки. Поэтому говори уже прямо. Хватит меня бесить.
— Понятно, голову напрягать мы не хотим, — я попытался скрыть разочарование, но судя по раздражённому фырканью Айлин, получилось это не слишком хорошо, — Ладно, постараюсь объяснить попроще. Дело в том… — я на мгновение замолчал, собираясь с мыслями. Тема была нелёгкая, неприятная, но проговорить её стоило. Хотя бы ради того, чтобы действительно расставить все точки над и, — Дело в том, что рано или поздно меня убьют. По закону подлости, больших чисел, вероятности — называй, это как хочешь. Но факт остаётся фактом.
— Я стараюсь об этом не думать, — мгновенно помрачнев, сказала девушка, — Просто не хочу верить в такой… итог этого путешествия.
— К сожалению, у нас не та история, которая могла бы закончиться словами: «И жили они долго и счастливо». Хотя, умереть в один день мы вполне можем.
— Считай, как хочешь, — раздражённо отрезала Айлин, — А я буду верить, что и для нас возможна счастливая концовка. Иначе это всё… Просто не имеет никакого смысла.
— Как скажешь, — пожал плечами я, — Если тебе не нравится такая формулировка, тогда будем считать, что рано или поздно я попаду в плен, и тебе снова придётся меня выручать. В прошлый раз у тебя всё получилось. Но лишь за счёт того, что бойцы испугались, не успели сообразить, что к чему, а потом тебе начало сказочно везти. Сначала Барон предложил свою помощь, а затем и Гайер. В следующий раз такого не будет. Придётся справляться самой. Тебе нужно будет как-то удержать ядро нашего отряда под своим началом.
— И при чём тут «женский батальон»?
— Всё очень просто, — я скрестил на груди руки и откинулся на спинку грубо сколоченного, но добротного стула, — Если ты обратила внимание, то большинство женщин, а их у нас неполных два десятка, уже образовали парочки с некоторыми из бойцов. И, как нетрудно догадаться, имеют на них какое-никакое влияние. Если ты для них станешь авторитетом, то в нужный момент они… смогут повлиять на своих мужчин, удержав их от дезертирства. Таким образом, получится сохранить под своим началом большую часть отряда, а значит, и остальные ещё десять раз подумают, прежде чем сделать ноги.
— А ты не думаешь, что сделать ноги захотят эти самые женщины? Не желая рисковать своими мужчинами ради твоего спасения? — поинтересовалась Айлин, — Я бы на их месте так и поступила, если честно.
— Это тоже продумал, — пожал плечами я, — Как ты могла заметить здешнее общество весьма… шовинистическое. Женщина, не имеющая знатного происхождения или особых дарований в нём априори является человеком второго сорта. А женщина с «богатым» прошлым является вторым сортом даже среди своего пола. Создав… как ты там сказала? «Женский батальон», мы используем эту ситуацию себе во благо. Поднимем их статус на один уровень с мужчинами. Но только в рамках нашего отряда. Пока они с нами, они имеют те же права и могут пользоваться тем же уважением, что и солдаты. Но стоит им покинуть отряд, как они снова превращаются в обычных шлюх, к которым любой уважающий себя человек даже подойти побрезгует. Кроме того, мы будем им платить. Не только, как обслуге, но треть от солдатского жалования. Деньги тоже порой являются довольно сильным мотиватором и способом привязки. Не стоит их недооценивать.