С тех пор Смирнов больше не являлся к ней во сне, но когда умерла Павла Федоровна, они привиделись ей вдвоем — счастливые и умиротворенные, словно, наконец, навсегда помирились.
Судьба, как Александра считала, была к ней благосклонна, вероятно, она и пришла к ней во сне в образе призрачной женщины. А может, её от несчастий хранила душа матери? Судьба — это цепь событий, это невидимая путеводная нить, которая ведёт человека по жизни. Даже переезд в другой город — не случаен, он был предопределен. «Где родился, там и пригодился», — любила повторять бабушка, Валентина Ефимовна. Александра родилась на улице Сталина, не раз покидала её, и вновь оказалась на ней, но уже в другом городе, потому что та улица, как выяснилось потом, тоже носила когда-то имя этого человека.
Судьба той же зимой преподнесла новый подарок: из Тавды прислали приглашение на празднование юбилея школы. Александра сначала опечалилась: ехать далеко, с деньгами напряжёнка. Но удалось выпросить командировку в Екатеринбург, и вновь поезд повёз ее через Уральский хребет в родные места.
Поезд «Свердловск-Тавда», как обычно, отправлялся поздно ночью. Александра заняла своё место в купе и сразу заснула, едва постелила постель. Спала на удивление спокойно и проснулась за час до прибытия. В окна вагона пробивался смутный зимний рассвет, и когда до Тавды осталась пара станций, проснулся и попутчик с верхней полки. Лица его Александра не видела ночью — в вагоне был полусумрак, не увидела и сейчас.
Мужчина пошел умываться, вернувшись, остался в коридоре у окна. Был он не очень высок, крепок и плечист, но глянула Александра на его голову, и ее опалило жаром: над правым ухом явственно виднелась седая прядка, точь-в-точь такая же, какая была и у Антона Букарова от рождения. Александра вжалась в угол своей полки, ей показалось, что глаза у нее огромные-огромные, так она их распахнула.
«Антон?! — полыхнуло в голове. — Вот повернется он, и что я ему скажу…» Но в этот момент проводница принесла билеты. На билете мужчины была совсем другая фамилия, и Александра облегченно вздохнула: судьба по-прежнему считает ненужной её встречу с Букаровым.
Школа, как тридцать лет назад во время праздника, сияла огнями. В длинном коридоре выстроились плечом к плечу бывшие выпускники. Александра смотрела на них и видела каждого совсем юным, веселым, с шалым огнем в глазах от избытка энергии, от бурлившей молодой крови. Знакомых лиц было мало — поразъехались бывшие выпускники по всей стране. Но те, кто остался в Тавде, почти все имели хорошие должности, правда, мало было в том толку: заводы работали в полсилы, а государственные служащие зависели от того, сколько налогов заплатят заводы. Её бывшие «пионерики» стали столь солидными людьми, что один из них начал явно ухаживать за своей отрядной вожатой, а она сейчас опять была той же самой девчонкой, как тридцать лет назад… Но среди друзей не было того, ради кого Александра и приехала — Антона Букарова.
Уходила Александра из школы вместе с одноклассницей, приютившей её на ночь. Они шли по тихим улицам, и, казалось, не было тридцати прошедших лет. Подруге тоже несладко пришлось в жизни: рано осиротела, рано овдовела, и с новым мужем бывают иногда проблемы, а всё-таки не растеряла юного задора.
Радуясь за нее — Инга работала главным бухгалтером лесокомбината — Александра слегка завидовала её житейской мудрости, умению ладить с людьми, смелости: взвалить на свои плечи такой заводище, как лесокомбинат да к тому же стоящему почти на коленях — это надо иметь мужество.
«Есть город, в котором давно не живу…» И как же порой хотелось Александре вернуться в свой родной город навсегда! Однажды такая возможность чуть не стала реальностью, когда ей предлагали должность директора типографии либо заместителя редактора городской газеты. Но не решилась Александра на переезд. Побоялась, что не справится, потому что была задавлена тогда семейными проблемами, которые обрушил на неё Виталий. Тем более что и в другом городе, в котором жила, Александра уже имела авторитет. Она стала не только журналистом, как мечтала в юности, но и тем, кем не довелось стать её матери, Павле Федоровне — писательницей. И город тот стал тоже родным и любимым.
Через неделю Александра вернулась домой. Она уже не переживала, что так и не увиделась с Антоном Букаровым, рассудив, что уж если у них ничего не получилось в юности, то вряд ли что-то всколыхнется в душах в зрелом возрасте: за плечами целая жизнь, свой круг интересов и знакомств. Зато с нетерпением Александру ожидал другой Антон — старший сын. Он стоял, сгорбившись, на продуваемом злым ветром перроне, вглядываясь в номера вагонов. Увидев, радостно бросился к ней, поцеловал в щеку, подхватил багаж и широко зашагал к автобусной остановке, по пути рассказывая домашние новости. Александра, слушая его, подумала, что, видимо, судьба её именно в том, чтобы рядом были только сыновья, и не надо ей никого, лишь бы у них всё было хорошо.