— Не хотите ли Вы сказать, что данное место также принято считать нехорошим? Должно быть оно имеет тоже свою историю.
На сей раз ответ прозвучал далеко не сразу. Нервное постукивание пальцами по рулю и периодически бросаемые на пассажира взгляды явно говорили о том, что Эдуарду есть, что сказать, и в то же время прежде ему необходимо собраться с мыслями. Мелькающий меж деревьев свет остался далеко позади, прежде чем Эдуард решился ответить.
— В том доме был найден труп. Молодой мужчина, который был проездом в здешних лесах, сидел на стуле в естественной позе. Хозяин на несколько дней уехал навестить родственников в соседнюю деревню, а по возвращении обнаружил разлагающееся тело прямо за обеденным столом, которого знатно обходили мухи и жуки…
Эдуард вздохнул и вновь глянул на Михаила. Возможно, в душе он надеялся, что этих слов будет достаточно, однако их можно было назвать разве что присказкой, способных пробудить интерес. Заинтересованное лицо попутчика, подобное лицу ребенка, ожидающего сказку на ночь, лишь подтверждало неполноценность объяснения.
— Мужчина был из города, — продолжил Эдуард. — Он решил провести свой отпуск на ногах, проложив пеший маршрут по близлежащим лесам. Молодой и неопытный, его привлекали различны истории, порожденные в глуши. Первоначально в его планы не входило оставаться надолго в нашей деревне, однако он слышал все байки, которые ему рассказывали по пути и постепенно в нём развился интерес. Жгучий и пагубный, посетить места, в которые не советуют ступать ни одному живому существу. Дом, о котором я рассказывал первоначально, в особенности был воспринят им. Два дня он искал человека, который мог бы провести его в проклятое место, пока ему не встретился я.
Эдуард вновь замолчал. Скрывающаяся за его словами тайна не могла скрыть своего наличия от Михаила. Нечто, скрывающееся в прошлом, должно было представить собой происшествие, которое стоит назвать ужасным, если не подобрать эпитета, обозначающего бо́льшего апофеоза бесчеловечности.
— Эдуард, что произошло дальше?
Мужчина за рулём почувствовал пристальный взгляд, который с легкой руки можно признать заинтригованным. Но Эдуард видел за этим взглядом не только интерес к непознанному. Лицо Михаила скрывало за собой нечто иное, о чём рассказчик не желал даже думать.
В тишине скрежет веток по крыше стал звучать значительно чётче. И значительно зловеще. Моргнул светильник в салоне и на время погас, оставив двух людей во мраке, частично разгоняющимся отблесками фар с асфальта. Однако даже в полутьме Эдуард ощущал на себе взгляд немигающих глаз, направленный в самое лицо и ждущий, когда глаза собеседника повернуться в ответ. Но мужчина продолжал смотреть на дорогу, словно. если он отвлечется, произойдет нечто непоправимое.
Возглас Эдуарда разогнал гнетущую тишину:
— Вот поворот на гостиницу!
Машина постепенно сбавила ход и, объехав очередную яму, встала на обочине. Фары высветили вбитый в землю знак, на котором ровным текстом были написаны название гостиницы и направленная стрелка, а за знаком асфальтированный съезд уходил вглубь леса, где на холме виднелись свет из окон и разбитый деревянный забор.
Михаил отвел взгляд от Эдуарда и взглянул первым делом на знак, а после — в сторону гостиницы. Моргнула лампочка и по новой осветила салон автомобиля.
— Прекрасно! — лицо пассажира просветлело. — Эдуард, покорнейше благодарю Вас за то, что помогли мне! Без Вашей помощи я бы до рассвета не сумел дойти до гостиницы! Не буду Вас более задерживать и остаток пути осилю сам. Желаю Вам всего наилучшего!
Михаил открыл дверь и вышел из автомобиля. Полупустой рюкзак был единственным багажом, который он носил с собой, но для пешей прогулки большего и не требуется. Он уже собирался захлопнуть дверь, когда из салона раздался голос:
— Миш…
Михаил остановился и заглянул внутрь. Эдуард сидел, глядя на него. Его нижняя челюсть периодически отходила вниз, словно он хочет что-то сказать. Но каждый раз мужчина останавливал себя, будто подобранные слова не могли донести всей сути, чего он хочет произнести.
В конечном итоге Эдуард всего лишь улыбнулся и произнес: