Ткаченко медленно оделся и взял в руки ноутбук. В последнее время техника в доме работала плохо — постоянно исчезал сигнал, странно функционировал интернет. На все запросы поисковая система выдавала какую-то хаотическую комбинацию из букв и цифр, не работали некоторые программы. А профессия, кстати, ждать не могла — удивительно вообще, что директор еще не позвонил и не поинтересовался, как прошла командировка. Или может ему другие рассказали? Что-то мешало думать. Кожаные сапоги топтались по скошенной траве, кто-то хрипло дышал. «Возьми себя в руки. Выпроси сегодня у начальства больничный, напейся до чёртиков и проспись неделю. Упейся и проспись. А тогда можешь идти к доктору. Наверное. Пополнить счёт. занести в ремонт-центр ноутбук… »
Улица встретила прохладным ветром и чем-то таким, от чего у Влада онемели пальцы рук. Возле подъезда его дома стоял дворник Борис. Та же седая голова, оранжевая накидка. Влад остановился и едва не уронил свой ноутбук. Тяжелый, холодный взгляд серых глаз старого дворника смотрел прямо в душу.
— Добрый день.
Худые руки держали метлу. Лицо не выражало никаких эмоций.
— Здравствуй.
Влад заметил, что его голос изменился, сильно дрогнув. Поздоровавшись с дворником, Ткаченко пошел дальше. Мысли кончились. Часы указывал на то, что нужно спешить.
Работник коммунальной службы Борис Сергеевич Руднев умер пять лет назад в своей квартире в результате несчастного случая.
* * *
Он хотел позвонить Максу, но тот был вне зоны досягаемости. Влад пополнил баланс, занес ноутбук в ремонт и теперь направлялся на работу. Молодой консультант как-то странно посмотрел и пожал плечами, однако ноутбук взял и сказал прийти после обеда. Становилось все хуже: его тошнило, болела голова, сильно ныли суставы, перед глазами вставали странные образы. Мелкий попрошайка вдруг вцепился в рукав и хищно оскалился. Влад оттолкнул его от себя, поперхнувшись назад.
— Тебе здесь не место, иди прочь. Иди! — тихо сказал мальчик, развернулся и быстро ушел, смешавшись с толпой. Будто никого и не было. Люди вокруг выглядели равнодушными — всё как всегда.
* * *
Зверь попадает в ловушку. Капкан крушит кость, со стороны старой фермы неторопливо приближается фигура с сумкой в руке. Тяжелые сапоги сгибают траву, где-то позади поёт песенку детский голос. Щипцы ломают лапы, молоток крушит суставы. Страшный визг животного переплетается с хриплым дыханием. Все делается медленно и умело. Ржавое лезвие входит под кожу. Песенка становится громче. Из сумки на свет появляется швейная игла и гвозди. Зверь ещё дышит. Косари скашивают траву, пожилая женщина с ужасом смотрит на развалившуюся маленькую часовню с перевернутым крестом.
* * *
Секретарша Макса даже не подняла голову, когда в офис вошел осунувшийся Влад Ткаченко. Он не раз бывал здесь: они с Криштафовичем иногда проводили время в его собственном кабинете за стаканом чего-нибудь крепкого, или просто за разговором о жизни. Олесю, секретаршу, он видел только несколько раз — она была из новеньких. Сегодня вторник, а значит рабочий день. Настенный календарь указывал на цифру девять.