Суки
Он вспомнил подругу матери, которая работала медсестрой в местной поликлинике, и во время какого-то застолья в их квартире она рассказывала, как приводила в чувство пациентку, свалившуюся в коридоре на глазах всего персонала.
“Не донести ее было до свежего воздуха”
“Запрокинула ей ноги выше головы, что подмышки халата разошлись по швам”
“Дали нашатыря”
Тимур открыл дверь со стороны Кристины. В душный салон от работающей все это время печки ворвалась стрелой холодная струя свежего воздуха. Тимур открыл свою дверь и, выйдя из машины, обежал ее и склонился над женой. Вытаскивать ее из машины и укладывать на холодный асфальт он не решался. Нашатыря тоже не было. Ничего такого, что имело бы резкий запах. Однако...
Тимур бросился к багажнику и открыл дверцу. Та лениво поднялась вверх и в скоплениях ящика инструментов, домкрата и троса он, как и ожидал, увидел пятилитровую бутылку незамерзайки, которая не вся была использована при заливании в отсек омывайки. По дну перекатывались остатки темно-зеленой жидкости. Как же они с Кристиной ненавидели ее запах, заставлявший переключать рычаг вентиляции на циркуляцию воздуха внутри салона, чтобы не слышать химический запах со смесью спирта при работе дворников. Тимур сорвал крышку с бутылки. Та упала на асфальт и отскочила в неизвестном направлении в темноту. Тимур вернулся к жене и аккуратно повернул ее лицо к себе. Поднёс к ее носу открытое горло бутылки. Спустя несколько секунд ее ноздри рефлекторно дёрнулись, и Кристина с кашлем отвернулась от неприятного запаха, тем самым давая понять, что пришла в себя.
Тимур выдохнул с облегчением:
Слава богу...
Убери эту гадость, - прохрипела Кристина.
Тимур отставил бутылку в сторону и нежно положил руку ей на плечо. Он услышал сзади звук какой-то отваливающейся металической тяжёлой детали от машины, попавшей в ДТП.
Его машины?
И медленно перевёл взгляд в сторону загадочного происшествия этого вечера. К рокоту двигателя, который нарушал глубокую тишину тёмной трассы в этом неизвестном участке позднего пути, примешивался звук тяжёлого дыхания жены, изредка рябящий звук зимнего ветра и глухое шипение. Металлический удар раздался один раз, но настолько отчётливо, что на него невозможно было не обратить внимание.
Большой кусок поручня в черно-белую полоску секунду назад скользнул с разбитогоs капота еле узнаваемого “гетза” и, упав на асфальт, сделал несколько покачивающих движений из-за изогнутой после столкновения формы. Уцелевшая фара со стороны водителя светила прямо в лицо Тимуру и справа от неё в воздух поднимался столб клубящегося дыма. Передний бампер раскололся пополам и испещрённый трещинами остаток под фарой замер в положении будто вот-вот отвалится от кузова и упадёт на землю. Какие невидимые крепления заставляли его держаться в обрамлении чёрной пустоты по бокам, разбитой радиаторной решётки и смятого горбом маленького капота, оставалось для Тимура загадкой. В центре ветрового стекла было большое отверстие от недавно ударившего края поручня. Недавно гладкая тёмная поверхность покрылась паутиной сколов и мерцала будто звезды в ограниченных лучах отражающегося света.
Что произошло? - послышался голос Кристины.
Тимур повернулся к ней и с удивлением произнёс:
Ты не помнишь?
Логические цепи генерирующие в мозгу Тимура на мгновение стали формировать хоть какую-нибудь здравую мысль, чтобы все произошедшее оправдать под стать настоящей реальности.
Может, ему все это показалось.
Он увидел машину похожую на свою собственную. Увидел (точнее как будто увидел) второго себя со своей женой за рулём этого авто. Создал аварийную ситуацию на дороге, отвлекая водителя (кем бы он ни был), когда вглядывался в него. И это спровоцировало столкновение неизвестной машины с дорожной оградой. Смотря на груду металлолома в двадцати метров от себя он готов был со стопроцентной вероятностью убедить себя, что данная машина ничуть не походит на его “хендай-гетз”. Да. Это небольшой экономичный автомобиль как у них, но мало ли подобных клонов, выпускающихся под другими брендами. Обломки разрушенного переда авто давали надежду, что подобные рассуждения верны и имеют веское основание быть правдой.