- С яблоками, с чем же ещё! Я их люблю, ты же знаешь.
- А можно не отвлекаться?! – вмешался Север. Вспомнил, какое это зрелище, когда Варька захватывает губами яблочную шкурку…И снова страх.
- Гардар, опять? – гостя проигнорировали. Слабо застонали. - Их же ещё надо чистить, выколупывать эти косточки, вычищать камеры!.. Вот сам и будешь чистить! Ненавижу…
- Давай! – на удивление легко согласились. - Ах, да, прости…Всегда так: как собираюсь что-то сказать: изо рта не льётся, сердце прячется, уши вянут, а мысли…Мысли вообще по дороге усыраются, уж извини за подробности. Так…Тебе, значит, всё надо разложить по полочкам? – мужик уставился на него в упор, а потом резко откинулся на спинку стула. - А что я, собственно? Ты сам все и сказал. Нам с тобой повезло. Экий молодец!
Север оторопел.
- Нет…Ты только не расстраивайся! Во всем обязательно можно найти что-то хорошее, верно, Оська? Так завещал Святой?
- Да!
- Вот.
- Подождите…Что я сказал? Какой молодец?
- Ну, про нимфу. А, моя секира! Как ты все ловко сумел схватить, а, умничка! – мужик залихватски стукнул кулаком по столешнице. – Ах, да, прости… Тебе ж от этого хуже. Ну, да ладно, зато мозги отлично работают.
- Подождите, какая еще нимфа? Я просто так сказал. Вы серьезно? Их не существует!
- Парень! Ты уже проснись наконец! Мы тебе тут не шуты и на телеге с гитарой разъезжать не будем, чтоб только тебя и развлекать, ясно?! Мы вместе вот уже как семьдесят семь лет! Уж мне ли не знать: они существуют или это собачий миф? Прикрой свою глотушку – не дорос еще! Вот будет тебе сто девяносто один…
- Гардар!
Мужик замялся:
- Ох, Ось, прости, совсем заболтался. Ой, да ладно! Чего ты возраста-то стесняешься? Ты мне нравишься любая! – и зычно, по-молодецки захохотал. Какие семьдесят семь? В это ни один дурак не поверит!
Оссия как раз вошла в комнату: притащила большущую корзину с зелеными яблоками (не иначе, как на рынок с другой местности привезли), осуждающе грохнула ею об пол и вся возмущенная, удалилась на кухню.
- Чем вы это можете доказать?
Занятые своими проблемами, его проигнорировали снова. Отличный разговор! А главное – содержательный!
- Оська, ты не переживай: по две сотни – не предел. Мне даже нравится! С каждым летом ты всё краше и краше. Только не надо, пожалуйста, мне тут комплексовать из-за того, что не похожа на товарок по рынку: этих жирных, сутулых и морщинистых баб! Просто у тебя такой эффект от источника, вот и все. С каждым…ну, не с каждым…такое может случиться: что не юбилей – то горе. Зато через девять лет отпразднуем! И нечего от подружек нос воротить. Наложи грим – и вперед. И не забудь прихватить с собой Варьку - на костер! А то заблудилась, болезная…Целый век уже блудит!
- Ты опять? – за стенкой раздраженно цокнули языком.
- Всё не могу свыкнуться…
- Ага, уж прошло сто лет, а ты всё не можешь?
- Что? Сколько прошло лет? Вы что, - Север фыркнул, еле сдерживая смешок, – рехнулись все? Сошли с ума?
- А? – кажется, Гардар только сейчас его услышал. – Чего говоришь? Рехнулись? Нет. Я понимаю, - ласково. – Ты сейчас расстроен, в полнейшем шоке, понимаю. Вон, и яблок мне пока поможешь чистить, - почесал макушку. – Тяжело ведь, когда бросают? Тем более, и Живы тебе теперь будет не хватать…Варенье хочешь?
- Чего?
- Я говорю: варенье хочешь?
- А, нет, спасибо…
- Ну, смотри. А то Оська может принести: из крыжовника, отменное! Сами делали. Ягоды в прошлом году собирали.
- Нет, я про…Живу?
- Жива – это жизненная энергия.
- А причем здесь она?
- Понимаю: отрицаешь. От нимф всегда так: сначала дикий оргазм, а потом боль, опустошение и злость. Знаю, проходили. Сначала её дико хочешь, да? А работа вроде как сама спорится? И совсем не устаешь! Короче, с этими девчатами и солнышко зимой ярче светит и снег удивительный под ногами лежит! А еще всегда неестественно бодрый.
Север с подозрением вспомнил, как после дежурства пришел, проспал пару-тройку часов, переспал с Варварой и наутро как штык: пошел молоть с кузнецом воздух. Угрюмо уставился на мужика:
- Что ты хочешь этим сказать?
- Ведь так было? Я ничего. Ты просил вменяемых объяснений, так вот они, - мужик положил на стол очищенные кусочки яблока. – А в записке небось пожелала тебе хорошего дня, да? Трали-вали, я посылаю тебя на все четыре стороны, однако ж…Отлично отпразднуй мое исчезновение, друг! Ага?
- Откуда ты… - только, если об этом рассказала сама Варвара. Или собачник.
- А, это её любимая прощальная записка. Повторяется, зараза. А вот вы, - мужик ткнул пальцем в Северуса, - нет. Им одного мало, понимаешь. Совсем. Это как для нас с тобой на завтрак вода с хлебом вместо сытного обеда, и так каждый день - постоянно. До смерти. Жутко выматывает, согласись? Разнообразить нужно. Вот они и смешивают свою энергию и чужую. Своя Жива у них очень сильная и может их погубить, если не смешают. Вот я Оську несколько раз в год и отпускаю…Как она держится все остальное время – ума не приложу. Говорит, что силой Святого. Ты заметил, что я хорошо выгляжу? Это все благодаря ей: Жива, когда ты в связи с нимфой, питает и саму нимфу, и тебя. Я вот каждый раз, когда вы раз в три месяца ко мне приходите, смотрю на вас, молодых, на ваши метания, предсмертные страдания…Смотрю и думаю: а ведь если Оська уйдет – я так же буду мучится, буду сопли заправски нюхать. А то и хуже.