— Бомм-м-м!
— Ыыыхххх…
Я выгнулся от резкой боли, пронзившей всё мое тело от макушки до пят. Как ни крути, а привыкнуть к этому сложно — сколько ни готовься к переходу, каждый последующий скачок с ранга на ранг выходит всё мощнее. В этот раз даже подключились чисто физические эффекты: от меня концентрическими кругами разошлась воздушная волна, от которой кристаллы поблизости жалобно зазвенели и прерывисто замигали, ненадолго устроив в пещере подобие дискотеки.
За временем я особо не следил, но на новый ранг ушло три эликсира Духовной Ноши, выпитых один за другим — то есть примерно четверть суток. И последний эликсир всё еще действовал, так что не стоило терять время.
Следующий час я лихорадочно втягивал энергию в меридианы и осторожно распределял её по еще закрытым каналам, особенно делая упор на самые мелкие и близкие к коже: во-первых, они заметнее снизят нагрузку на тело от внешней Ци, а во-вторых, работать с ними гораздо сложнее, чем расширять более крупные и уже открытые, а эликсир эту работу заметно облегчал. Учитывая же, что с собой я захватил лишь пять фиалов — использовать их надо было как можно эффективнее.
Неделя одиночества в желтой зоне тянулась невыносимо долго. Не спасали ни деликатесы, на покупку которых я пожертвовал целую Стальную монету, ни песни, которые я в свободное время мурлыкал себе под нос, ни разговоры вслух с самим собой, ни поднадоевшая медитация. А все потому, что завесы практически не пропускали звуков. В пещерах и без того было тихо, как в склепе, а когда я оказался в одиночестве между двумя преградами, то единственным громким звуком осталось мое дыхание. И это буквально сводило с ума. Я, конечно, слышал про сенсорную депривацию, но до этого момента даже не подозревал, насколько сильно я был зависим от едва слышного дыхания и звуков, которые издавал другой человек поблизости. Без них моя крыша медленно и неотвратимо начала съезжать куда-то в сторону.
— Над болотом тумааан… — уныло напевал я, периодически отхлебывая из кувшина с квасом. Вкус специфичный, сильно отличавшийся от воспоминаний с Земли, так что даже не хочу знать, из чего его тут варят. Увы, из относительно долго хранящихся жидкостей на аукционе мы нашли лишь этот напиток, являвшийся народным достоянием олганов, и кучу вариаций алкоголя. В алхимическом разделе была дистиллированная вода, но по таким ценам, что мы даже раздумывать над этим вариантом не стали. — Волчий вой заметааает следыы…
(Здесь и далее — слова песни «Воин вереска» группы «Мельница»)
Давление уже несколько дней как стало привычным — пусть работа с местной Ци всё еще давалась непросто, но первое, самое тяжелое время уже минуло. Развитие шло семимильными шагами, но скука и отсутствие звуков весьма пагубно сказывалось на моём настроении. В минуты отдыха я работал с дневниками (скучно), пялился в потолок (еще более скучно), отжимался от пола и приседал до упаду (первое время терпимо, но спустя несколько дней — вновь скучно). Физкультура помогала лучше всего, но бесила из-за однообразия — найти более-менее большой свободный от кристаллов пятачок на полу оказалось практически невозможно, а в такой тесноте я не мог ни позаниматься с копьем, ни разнообразить физические упражнения. Можно было очистить от кристаллов площадку для тренировок самостоятельно… но я понятия не имел, как на такую самодеятельность среагирует Хранитель. Вдруг это его аналог сада, а я тут, образно выражаясь, начну топтаться и рвать его цветочки?
Последние пару дней я занимался тем, что пытался переложить те песни, которые еще худо-бедно помнил, с русского на язык эрайн. Получалось не всегда удачно, временами откровенно сомнительно, но зато сам процесс неплохо нагружал голову и хоть как-то спасал от скуки.
— Я бы думал, что пьяяян… Так испил лишь студёной воды…
Замолчав, я записал получившийся абзац в бумаги и в раздумьях пожевал губу. Да, пожалуй, что неплохо. И ритм сохранился, и рифма, и даже смысл не так уж далеко ушел. Волков пришлось заменить на аррисов, чтобы сохранить размер строчки, но они как раз похожи — и по повадкам, и тоже в стаях живут… Правда, вместо воя издают довольно унылые звуки, смахивающие больше на предсмертные хрипы простуженной собаки… но да ладно, спишем это на поэтическое преувеличение.