Собственно, одной из его заповедей было «с последователями иных богов не общаться, услуг им не оказывать, а если уж так вышло, что пришлось запачкаться таковым действом — то совершить очистительный ритуал впоследствии». Получается, в связи с этим никто в Смагванте и не торопился открывать нам двери — думается, не зря у них этот храм в центре деревни стоит, большинство жителей этому Йо и поклоняется. Под контакты с внешним миром же у них, скорее всего, выделен отдельный человечек, который либо регулярно очистительные ритуалы проводит… либо же является махровым атеистом. Ведь, если вчитаться в формулировку, включая все подтексты и вторичные коннотации, на которые богат язык эрайн — то выходило, что Йо специально писал заповедь именно таким образом. Оставил лазейку для своих последователей. Скорее всего, именно местный староста и являлся тем безбожником и, одновременно, связующим звеном, который отвечал за нечастые, но необходимые контакты с путниками и другими деревнями.
Ангора же мы, выходит, попросту задолбали своей настырностью, раз он нас пустил. Так что, когда мы покинем деревню, ему придется очищаться от нашей предполагаемой духовной грязи.
Что же до молитв и подношений… ситуация оказалась гораздо интересней.
Йо не особо любил молитвы словесные, но в целом их принимал. Жаль, что тексты молитв нам найти не удалось. Были варианты спросить утром либо у Ангора (который, зуб даю, не ответит из вредности), либо у других жителей деревни (которые общаться с нами не будут из-за заповеди), либо у старосты (самый реалистичный вариант). Но если Йо что-то от нас надо — то именно утром, когда подойдет формальный срок предоставления нам приюта и прибежища, он немедленно и запросит от нас это нечто. А значит, придётся что-то решать с подношением до того, как наступит утро. Может, с нашей стороны это и выглядело жуткой перестраховкой… но мне ужасно не хотелось ни ссориться с богом, ни отрываться от собственных дел и идти выполнять какой-то божественный квест, рискуя собственной задницей (а иными задания от богов и не бывают). И Диомеда, как ни странно, вполне поддерживала мою точку зрения: да и вообще, стоило ей услышать слова «божественное задание», как она заметно напряглась.
Тут стоит пояснить, что в Ан Тер Лисс Дирхе божественные задания это вовсе не возможность заполучить соответствующую награду — какой-нибудь мощный артефакт прямо из рук богов, например. И в развитии боги не помогут. И богатствами не осыпят. И даже знаменитым не сделают (разве что в сугубо плохом смысле этого слова). Нет, это всё про каких-то других богов, в других мирах. Здесь же задание от бога это как внезапно выскочивший гигантский геморрой (КРАЙНЕ болезненный). Это приказ партии, который не обсуждается — ты молча берёшь под козырёк и топаешь выполнять. Это путешествие на пятнадцать минут (вошли и вышли). Это сотни и тысячи смертельных опасностей, подстерегающих тебя на пути (потому что в ответ на любое подозрительное шевеление другие боги ВСЕГДА отправляют своих эмиссаров, чтобы помешать своему божественному конкуренту). И, чаще всего, даже в случае полного успеха… это отсутствующая награда. Да-да. Бог, выдавший задание, ободряюще хлопает своего миньона по плечу, говорит «маладца» и отпускает того с миром.
Насколько я слышал, у кенкутцев даже есть что-то вроде фразеологизма, связанного с этим понятием. Например, человеку, который пошел чистить канализацию и случайно наткнулся там на дикого Хиатуса, едва его не сожравшего, по возвращении обязательно скажут «ха, брат, ты будто с божественного задания вернулся — весь в крови и дерьме». Эрайны, как народ более набожный, таких сравнений не использует… обычно. Но это вовсе не значит, что им нравится участвовать в чём-то подобном… если не брать в расчёт немногочисленных фанатиков.
Впрочем, я отвлекся. Возвращаясь конкретно к Йо, важно было то, что он не принимал жертв в обычном смысле этого слова. Никаких физических предметов, животных, ничего дорогого или дешевого, живого или мертвого. Его не зря звали «Угрюмым» — у Йо была слабость в эмоциональной сфере. В прямом смысле этого слова. На Земле его, наверное, назвали бы социопатом. Здесь же, особенно для бога, это было всего лишь… самобытно. И, в рамках своей «самобытности», из-за своей слабости в ощущении собственных эмоций, у Йо слегка потекла крыша в сторону наблюдения и наслаждения чужими. Или не совсем слегка.
В общем, да. Йо принимал в виде жертв лишь чужие эмоциональные всплески. Любой направленности, но только мощные, и чем сильнее — тем лучше. Домашний скандал? Прекрасно. Пытка врага? Великолепно. Банальные постельные утехи? Тоже сойдет. Главное, чтобы это было не тупое утоление похоти в борделе, а нечто более искреннее и утонченное. Ну и, конечно, требовалось непосредственно перед действом произнести ключ-фразу, посвящая последующий всплеск эмоций Угрюмому Йо.