Ко мне они повернулись синхронно… и, кажется, как минимум один из этой странной парочки был не рад, что их отвлекли от выяснения отношений. Отто буркнул «привет» и, с намёком зыркнув напоследок на соперника, мол, «мы еще не закончили», вышел из комнаты, протиснувшись мимо меня. Соперник же, широко улыбнувшись, шагнул ко мне:
— Сосед! А ты вовремя! Хотя не думаю, что дошло бы до драки… но мало ли. Отто парень вспыльчивый. Наконец-то познакомились, — он протянул руку. — Гикар.
Говор у Гикара был невнятный, с каким-то непонятным акцентом, словно эрайн для него не был родным языком. Он то и дело проглатывал гласные: так, что его «Гикар» превратилось в «Гкар». Да и последняя оставшаяся гласная звучала очень тускло и невыразительно… что невольно навело меня на странную мысль.
— Очень приятно… Гикар. Я Эдриан. Кстати, тебе ничего не говорит слово «Аль-Ришар»?
Улыбка Гикара стала ещё шире, обнажив слегка неровные зубы.
— Еще как говорит, мой друг. А где ты услышал это слово?
Я обречённо вздохнул. Мне не нравился этот подозрительный тип… но, прежде чем отметать его услуги лишь по причине «не нравится он мне», стоило всё же узнать поподробнее, что именно он предлагает.
— Да так… прочитал одно объявление на внешнем полигоне. Не расскажешь о нём поподробнее?
Глава 15
Умные люди притягиваются друг к другу… впрочем, это верно и для глупцов. Поэтому, если тебя окружают одни идиоты — для начала посмотри в зеркало.
Олганская народная мудрость
Гикар, как и предупреждал Отто, оказался интересным человеком. Как в плане истории его последних лет жизни, так и в плане характера — неуместные, откровенно несмешные, а зачастую и попросту оскорбительные шуточки из него так и сыпались. Даже я, при всём своём миролюбии и терпении, иногда морщился от его чувства юмора, которое он, судя по всему, искренне считал потрясающим. Впрочем, спустя какое-то время я навострился, освоился и просто пропускал мимо ушей всю лишнюю чушь, которую нёс собеседник.
Если же опустить все его странности… Гикар был гением. Не больше, но и не меньше. Двадцать пять лет. Заклинатель с Золотой Закалкой — и не такой, как у меня, полученной в результате счастливого стечения обстоятельств и того факта, что я начал путь к Небу на несколько лет раньше, чем все остальные. Нет, параметры Гикара были честно выстраданными, полученными в результате долгих, изнуряющих медитаций — суммарно в Очагах он провёл долгие годы. Но это мелочи. Мало ли в мире практиков, которым хватило денег, силы или родовитости, чтобы заплатить за доступ к Очагам, упорства, чтобы провести в них достаточно долго времени, и мало-мальского таланта, чтобы потратить это время с должной эффективностью? Не так чтобы много, конечно. Но хватает. И гениями каждого из них никто не называет.
Настоящая гениальность Гикара крылась в его Навыках — к своим двадцати пяти он умудрился вступить и в Гильдию Артефакторов, и Алхимиков, и Огранщиков. Одновременно. Но ладно — вступить. Он ведь и выйти успел. А чтобы выйти из Гильдии — нужно в обязательном порядке освоить как минимум их базовую программу, соответствующую Мраморному навыку… и расплатиться с Гильдией.
Только вот расплатиться было далеко не так легко, как казалось.
Средняя наивная рабочяя лошадка, которая приходит в любую из Гильдий, верит, что сейчас она быстро обучится, расплатится — и выйдет свободной от обязательств. В реальности сразу после заключения запутанного контракта её тихо, без шума и пыли, ставили на счётчик — иного описания этому дикому, пещерному процессу я попросту не нашел.
Каждого рекрута качественно, но без всякого энтузиазма обучали — сколько возьмешь, столько возьмешь. Никакого принуждения, никаких регулярных платежей по контракту — учись сколько хочешь, в удобном тебе темпе. Можешь даже прямо во время учебы начинать работать по специальности, приторговывая своими первыми кривыми поделками — в ущерб учебе, разумеется, но никто и слова лишнего не скажет. Наоборот, поддержат. А потом, когда ты, наконец, доковыляешь до Мрамора — спустя несколько лет, в лучшем случае (даже талантливым и упорным требовался минимум год-другой на то, чтобы это осуществить), — к тебе приходили из Гильдии люди с добрыми улыбками и холодными глазами. И озвучивали гигантскую, неподъемную, невообразимую сумму, которую ты им остался должен за обучение. Ты кидался перепроверять контракт — и действительно, кажущаяся небольшой сумма, указанная в первых же строках, на таком долгом промежутке внезапно превращалась в чудовищные цифры. И Система подтверждала каждое бревнышко.