Глава 16
С этого дня они перестали петлять: из-за Камней Бездны стали бесполезны любые уловки и ухищрения. В то время как Проклятый Лес уже второй день поражал своих гостей, оставаясь непривычно тихим, смирным, удивительно покладистым. Позволяя им не только любоваться собой, как драгоценной жемчужиной, но и безропотно убирая с их пути колючие ветки, острые иголки, ядовитые шипы и дикое зверье. Будто почуял, наконец, присутствие хозяйки и добродушно раскрыл для нее свои зеленые объятия.
За целый день Стрегон, как ни старался, не сумел увидеть поблизости ни одного крупного хищника, хотя Белка не раз и не два останавливалась и предупреждающе шипела. Одновременно с этим татуировки на руках Братьев начинало несильно пощипывать, но очень скоро они снова остывали, показывая, что неведомые звери, предпочитавшие оставаться в тени, бесшумно удалялись в поисках более подходящей добычи.
После полудня, когда солнце стало особенно жарким, Лакр едва не упал, попав ногой в огромную рытвину. С тихим проклятием вытащил из ямы застрявший сапог, но лишь потом сообразил, что провалился не просто в чью-то нору, а наступил на ОЧЕНЬ глубокий и крупный след невероятно огромной звериной лапы.
- Медведица, - кивнула Белка в ответ на его дикий взгляд. - Не самая большая, правда. Похоже, охотилась тут с утра.
Лакр опасливо отступил, изучая громадный след и силясь хотя бы представить себе зверя, который мог бы вырасти НАСТОЛЬКО громадным. Получалось плохо, потому что выходило, что "милая косолапая зверушка" без труда накрыла бы собой немаленький сарай. А если бы встала на задние лапы, то вполне дотянулась бы до верхушек некоторых деревьев, которые, кстати, тоже были немаленькими. Пусть не до всех, а лишь до самых молодых и тонких (ага, которые в обхвате вполне могли поспорить с вековой сосной), но все равно - знать, что где-то поблизости бродит этакая махина, было весьма неприятно.
- Не волнуйся, не тронет, - хмыкнула Белка, подметив, как подобрались ее спутники и беспокойно заозирались. - Она уже далеко. Но даже если бы не ушла отсюда, все равно бы не стала лезть на рожон: мы с ней несколько лет знакомы довольно... близко. Даже, помнится, как-то охотились за одним и тем же оленем, которого ей потом пришлось уступить.
- Кому уступить? Тебе? - не поверил Лакр.
- Естественно. Но я тогда без оружия был, поэтому провозился долго. А вот если бы мечами воспользовался... впрочем, чего это я? Какие мечи на хорошей охоте?
Стрегон сделал пару глубоких вдохов, чтобы успокоиться и принять к сведению тот факт, что Белик неспроста так легко управился с ТЕМ медведем у водопада. Еще бы. Если он уверенно соперничает с местными чудовищами, то тот косолапый наверняка показался ему жалким детенышем. Если бы не напал сдуру, может, и ушел бы целым, а так... не рассчитал он, видите ли! Слегка перестарался, удавив огромную зверюгу голыми руками! Да еще искренне об этом сожалел, когда пожирал жареное мясо и морщился от непривычного вкуса!
"Спокойно, - напомнил себе полуэльф. - Если считать, что Дикие Псы с каждым прожитым годом только набирали силу и даже перед смертью могли любому медведю шею свернуть, то Белик... если действительно живет уже пять веков... наверняка способен на большее".
Он заставил себя держать лицо непроницаемым и сделал вид, что не увидел мимолетного насмешливого взгляда, которым одарил его скрытный проводник. А когда пришлось снова перейти на бег, старательно запомнил сторону, в которой пропадали гигантские следы. И очень надеялся, что голодная зверюга действительно не решит связываться с хрупким на вид пацаном, который таковым, как выяснилось, уже лет пятьсот как не являлся.
- А вот теперь тихо, - внезапно посерьезнела Белка, ступив на очередную поляну. - Он где-то поблизости и наверняка охотится. А поскольку бросок у него еще сто лет назад был довольно быстрым, то мне бы не хотелось вытаскивать вас из его пасти. Которая, к слову сказать, будет поболе, чем у той медведицы, которая весьма вежливо уступила нам дорогу.
Сделав знак побратимам замереть, Гончая первой ступила на залитую солнцем лужайку, настороженно принюхиваясь и низко пригибаясь к земле.
Здесь было удивительно хорошо, спокойно, мирно: игриво порхали крупные мотыльки, деловито стрекотали кузнечики под ногами; по огромному черному бревну, перегородившему ей путь, шустро бежала вереница рыжих муравьев. Тоже - удивительно больших и уверенно тащащих в жвалах какие-то белесые комочки. Под бревном - густой синеватый мох, клочьями прилепившийся к шершавому боку. Вокруг - нетронутый зеленый ковер, где без устали шныряли мелкие жуки и голодные полевки. Сверху едва заметно колыхался нагретый солнцем воздух, в котором то и дело поблескивали тончайшие нити чужой паутины... как-то тревожно тут было. Непонятно тревожно для мирного лесного оазиса.
- Молчите, - негромко велела Белка, остановившись возле поваленного дерева, которое доставало ей почти до бедра. - Ни звука. И не шевелитесь, что бы ни случилось: ОН реагирует только на движение, ясно?
"Кто ОН?!" - молча завопил Лакр, лихорадочно крутя головой в попытках отыскать неведомого обитателя полянки.
Но ответ пришел сам собой: едва Белка что-то тихо прошипела и осторожно коснулась мшистого, покрытого старыми листьями бревна. Вернее, чего-то совсем иного, потому что бревно... на самом деле не было таковым. И от ласкового прикосновения вдруг вздыбилось, изогнувшись гибким змеиным телом, стряхнуло мох и нападавшие сверху иголки, проворно прянуло в сторону, молниеносно удлинилось, захватывая добычу в тесное кольцо. Затем изогнулось еще и еще раз, накидывая сверху гигантские кольца. Нехорошо сжалось, чтобы глупая мошка не вздумала ускользнуть, и моментально пошло тугими мышцами, при виде которых у эльфов что-то оборвалось внутри.
- Б-бел... - судорожно вздохнул Лакр, опрометчиво позабыв о строгом наказе, но Стрегон вовремя зажал побратиму рот и вынудил его остаться на месте. Сам, правда, потихоньку вытащил из ножен чудесный эльфийский клинок, глазами показал Иверу, чтобы был готов стрелять, и выжидательно уставился на поляну, где все еще тяжело ворочался тугой комок из змеиных колец.
Довольно быстро полуэльф, к собственному облегчению, услышал недовольное шипение Белика, а потом подметил, что гигантское змеиное тело стало двигаться как-то иначе. Осторожнее и... вроде нежнее? Клубки чудовищных мышц постепенно опали, с легким шелестом раскрыли смертоносные объятия, но не остановились, а продолжали извиваться вокруг громко чихнувшей Белки подобно жутковатому хороводу. То осторожно прикасаясь гладким боком, то отдаляясь, затем приближаясь снова... будто ласкали долгожданную подругу, вдруг откликнувшуюся на эти деликатные ухаживания.
- Брысь! - Гончая с силой хлопнула по тугому боку и деловито подпрыгнула, выбираясь из-под шевелящегося змеиного тела. - Все, хватит играть. Вылезай, Шушан, и не вздумай задевать моих друзей!
Тирриниэль остановившимся взглядом проследил за тем, как она уверено перебирается через мощные кольца, способные без труда удавить даже пещерного медведя, зябко передернул плечами, когда толстый змеиный хвост попытался захватить ее ноги и вернуть обратно. А потом судорожно вздохнул, когда между деревьев вдруг промелькнуло что-то огромное и, бесшумно раздвинув густые ветви, неподвижно уставилось на недовольную Гончую двумя блюдцами громадных глаз.
Лакр тихо охнул, увидев, насколько же велик был чудовищный питон, которого их проводник так невежливо сейчас пихал в толстые бока. Он был огромен, просто невероятно велик, потому что не сумел спрятать свое мощное тело даже среди могучих деревьев. Только обвился вокруг поляны, словно живой лентой, и выставил на солнце лишь нижнюю, самую скромную по толщине часть тела, буквально четверть от истинной длины. А теперь показал ужасающе крупную голову, которая без труда заняла бы первый этаж на постоялом дворе у Фарга, и выжидательно уставился в голубые глаза Белки.
- Фу, - отпихнулась она, когда змеиный язык с невероятной скоростью выстрелил в ее сторону и легонько коснулся лица. - Опять за свое? Не лезь! Я по делу! И играть с тобой сегодня не буду!