— А на самом деле? — уловив едва заметную паузу в рассказе, Милана неосознанным движением руки сдвинула с левого виска волосы, заодно приоткрывая ушко, как будто не хотела пропустить ни малейшего слова. У неё это получилось так естественно и забавно, что Борис с трудом сдержался, чтобы не рассмеяться.
— А на самом деле спортивные ребята отрабатывают технику рукопашного боя в уличных драках и стычках с дворянской и купеческой молодёжью, — сказал Волынский.
В это время подоспел заказ. Официант поставил перед девушками лёгкие алкогольные коктейли, а парней обрадовал свежим пивом, налитым в массивные кружки.
— Что-то Захарова я не вижу, — озаботился Велимир. — Борис, составишь компанию?
— Без проблем, — кивнул Волынский и встал, желая размяться и заодно поинтересоваться у друга насчёт Миланы.
— Азат, брат мой, ты поухаживаешь за дамами, пока мы оценим обстановку? — обратился Шереметев к Урусову.
— Дорогой, будь уверен: я никому не дам обижать наших красавиц!
Девушки заулыбались, оценив комплимент, а Велимир увлёк Бориса за собой к барной стойке, занятой большим количеством молодых парней, увлечённо пробующих крепкие напитки. Как ни странно, здесь было довольно тихо по сравнению с основным залом, не говоря уже и о танцполе. Люди разговаривали вполголоса, никто не скандалил, не задирался друг с другом. Вытащив телефон, княжич Шереметев позвонил Руслану, и тот откликнулся сразу же.
— Я уже в клубе! — громко проговорил он на фоне гремящей музыки.
— Подходи к барной стойке, — посоветовал Велимир. — Я буду ждать тебя здесь.
— Понял, — Захаров отключился.
Увидев небольшой зазор между двумя широкоплечими парнями в одинаковых костюмах, Шереметев похлопал обоих по спине:
— Господа, а вы не могли бы потесниться? Я со своим другом много места не займу.
Тот, что справа, медленно повернулся, держа в руке стакан с каким-то тёмно-рубиновым коктейлем, оценивающе пробежался взглядом по Велимиру сверху-вниз, задержался на родовом перстне, и довольно спокойно ответил:
— Всегда пожалуйста, боярин. Москит, освободи людям плацкарту.
Названный Москитом тоже обернулся, шало поглядел на почему-то напрягшихся княжичей, ухмыльнулся:
— Что-то мне ваши лица знакомы, особенно твоё, парень.
Борис понял, что фраза, брошенная каким-то Москитом, предназначена ему, и холодно ответил:
— За языком следи…
— Да ладно, расслабьтесь, бояре, — Москит чуть-чуть отодвинулся, при этом довольно бесцеремонно ткнув локтем следующего любителя крепких коктейлей. К удивлению Бориса тот никак не отреагировал, сделав шаг в сторону.
— Два коктейля «Рыжая собака», — дал заказ бармену Шереметев, встав рядом с незнакомцем, который мог быть чьим-то телохранителем. Больно уж у него комплекция кричащая.
Слева от него расположился Борис. Судя по его лицу, он был недоволен соседством с нахальным Москитом. Кстати, это же явно позывной или кличка, дошло до Велимира. На слободских мало походят, таких крепышей у Гринцевича нет. Если только он не нанял охранников или помощников, чтобы те следили за «ратоборцами».
Бармен выставил перед ним и Борисом стаканы с красными языками табаско, искрящимися в коктейле с текилой и самбукой, а к ним — блюдце с орешками.
— Комплимент, — пояснил он.
Шереметев кивнул в знак признательности, повертел в руке стакан. Он знал, что такой коктейль пьют залпом или тянут через трубочку, но только если тот налит в большой коктейльный бокал. Иначе можно «насладиться» вкусом концентрированного перца. Велимир едва заметно выдохнул и опрокинул в себя «Рыжую собаку» с таким видом, словно подобные напитки он выпивает каждый вечер только из спортивного интереса. Краем глаза увидел усмешку на губах крепыша. Хотел сказать колкость, но в это время увидел пробирающихся к барной стойке Руслана. Он крепко держал руку девушки в тёмно-голубом платье. Людмила помахала Велимиру свободной рукой, что-то сказала Захарову, и тот сразу направился к княжичам.
— Вы где застряли? — поинтересовался Шереметев.
— Машина заглохла, пришлось такси ловить, — махнул рукой Руслан. — Здорово, Боря! А вы чего здесь болтаетесь? Столиков нет? Анна разве не с тобой?
— Завалил вопросами! — рассмеялся княжич. — Господин крепыш, не могли бы вы ещё немного потесниться, чтобы мои друзья присоединились к нам?