— А что же тогда в почёте? — Велимир уже хотел выйти из машины, но застыл, сжимая ручку двери.
— Альянсы и корпорации на основе взаимной выгоды.
— Но ведь ты сам тяготеешь к клановой основе, — справедливо заметил княжич. — Принимаешь клятву у своих вассалов, что противоречит основам альянса.
— К сожалению, а может — и к счастью, родовая клятва считается самым крепким фундаментом, скрепляющим тысячи людей в монолит. А ядро — это Род. Мне кажется, ты движешься в этом направлении.
— Не искушай врага своего, — усмехнулся Велимир и решительно открыл дверь, чтобы прекратить ментальное воздействие со стороны Назарова. Справедливости ради, вологодский барон не применял магических фокусов, а говорил от чистого сердца. Над этим стоило подумать.
Он дождался, когда Никита выйдет следом из машины, и спросил:
— Что ты сейчас планируешь?
— Пока только то, о чём тебе и говорил. Буду разрабатывать Гринцевича. Телефон не отключай. Ты мне можешь понадобиться в любое время суток.
Они посмотрели друг на друга, суховато кивнули на прощание — и разошлись. Велимир услышал краем уха, как один из телохранителей Назарова отзывал каких-то «призраков» на исходную, и впервые в его душе ворохнулась не злость вперемешку с ненавистью, а зависть к человеку, сумевшему подняться на ноги, не имея никакой поддержки. Говорят, близость к императорской семье помогла Никите? Чушь! Если бы так и было, то этот парень уже давно купался бы в роскоши, а не прозябал в провинциальной дыре. Единственное, чем ему помогли Меньшиковы — дали разрешение на создание клана. Да только и здесь кроются подводные камни. Поднимать клан из пепла, когда за плечами нет родственников, друзей и единомышленников — такое себе счастье. Вот и выкручивается Назаров, как только может.
«А ведь он хорошо просчитал меня, подумал Велимир, направляясь в клуб. Я сам не знаю, каким путём идти дальше. Маятник застыл в нейтральном положении, и куда он качнётся, зависит только от меня самого».
Княжич вернулся за стол, где его появление друзья встретили гулом голосов, дескать, ну где ты ходишь, веселье в самом разгаре. Аня, Милана и Людмила убежали на танцпол, как только услышали бодрые музыкальные ритмы. А Велимир внимательно поглядел на Бориса, но решил пока отложить все вопросы на потом. Гораздо важнее для него сейчас была позиция Азата Урусова. Захочет ли он расширить сотрудничество после ввода в строй яхт-клуба? От этого зависело, в какую сторону качнётся застывший в нижней позиции маятник.
Глава 12
Яссы, май 2017 года
Полковник Мелентьев заглянул в гости к Станиславу ранним утром. Для него подобные визиты были сродни устоявшейся традиции. Однако подтянутому, благоухающему крепким одеколоном офицеру не помешала бы лёгкая улыбка на лице. Каждый день ходить с непроницаемым лицом и общаться с людьми, показывая им, насколько он занят и сосредоточен, Аржевский бы не выдержал. А его коллега как будто привык к такой жизни. Может, служба в серьёзной организации так повлияла на его характер, кто знает?
— Через час вы выезжаете вместе с Великим князем, — сказал Мелентьев, не переступая порога. — Просьба не опаздывать и быть у парадного крыльца чуть раньше.
— Куда едем?
— К вашей девушке, полковник. Вероятно, сегодня Его Высочество заночует в гостях, поэтому от него и поступил приказ, чтобы вы были с ним рядом постоянно.
Аржевский побледнел. Невыносимой болью скребнуло по сердцу. Вряд ли Меньшиков станет цинично пользоваться моментом и заставит Виорику прийти к нему в апартаменты, когда в этом же доме будет находиться её мужчина, уже фактически в роли жениха. Как бы сдержаться, не нахамить и не обрушить разом всё, что так долго готовилось спецслужбами.
Тем не менее, быстро справившись с заминкой, Станислав кивнул, подтверждая услышанное, и, как только Мелентьев ушёл, стал собираться. Впрочем, слишком громко сказано: «собираться». Свежая рубашка, начищенные туфли, модный цивильный костюм серого цвета, под пиджаком — плечевая кобура с пистолетом. Оружие ему носить не запретили. Каждый сопровождающий Великого князя подданный Российской империи обязан защитить его в любой внештатной ситуации. Мало ли, вдруг каким-нибудь националистам вздумается напасть на кортеж младшего брата императора? Пальцем прикажете в них стрелять?