— Дорогой, тебе надо почаще надевать костюм! — одобрительно сказала Тамара. — Ты сразу в нём лоск и солидность приобретаешь. Не будь я замужем, влюбилась бы в такого мужчину однозначно!
— Поддерживаю, — улыбнулась Даша.
— А где наш подарок? — вспомнил Никита. — Не забыть бы в суматохе.
— Не переживай, я его возле входа положила, сразу в глаза бросится, — успокоила старшая супруга волхва.
Что подарить цесаревне Софии, думали на семейном совете. Драгоценности, магические артефакты, акции, машины и прочие дорогостоящие вещи отмели сразу. Хотелось чего-то оригинального и полезного. Подсказала Юля. Дескать, в доме находится опытный артефактор, а в подвале «зреют» весьма «интересные» свитки. Все одобрили это решение. Никита собрал коллекцию самых первых свитков, уже достаточно напитавшихся магической маной. А в качестве упаковки использовали изящную шкатулку из малахита, украшенную самоцветами. Её изготовил один уральский ювелир, знакомый с князем Владимиром Строгановым. Назаровы готовились к торжеству заранее, ещё не зная, что оно будет в Ливадии.
Теперь в шкатулке на красной бархатной подложке лежали три свитка: косметический, оздоровительный и защитный, который можно было заложить в правильно рассчитанном месте особняка или дворца. Чем старее будет свиток, тем мощнее выделяемая энергия защитных функций. К подарку прилагалась полная инструкция в виде симпатичной книжечки, отпечатанной в типографии красивым шрифтом.
К назначенному времени гости начали втягиваться в парадный вестибюль через распахнутые двери, обрамлённые мраморной аркой, над которой висел герб Меньшиковых с девизом: «Доблесть ведёт, фортуна сопровождает». Вокруг царило оживление, но довольно сдержанное. Дети притихли, воспринимая столь значимое событие, как самое важное в их пока короткой жизни. Женщины щеголяли в красивых нарядах, успевая кидать взгляды по сторонам, чтобы оценить платья соперниц, мужчины в строгих костюмах были более спокойны и снисходительны. Золото, драгоценные камни, перстни, кольца, ожерелья, броши и колье блестели в лучах жаркого июльского солнца.
Гости входили внутрь и сразу же направлялись в распахнутые двери главного зала, где проходило чествование цесаревны Софии, по «живому» коридору, образованному гвардейцами внутренней охраны. Барон Корф, выполнявший роль старшего церемониймейстера, с важным видом громогласно объявлял каждого входящего ударом тонкой трости-жезла о паркет.
Никита с подарком, обёрнутым в яркую упаковочную бумагу, вёл своё неполное семейство к парадному крыльцу. Справа от него, держась за локоть, шла Тамара. Она горделиво вскинула голову, на которой красовалась весьма сложная причёска, и успевала поглядывать на Полину и Мишку. Даша с Яриком находились слева. Мальчишки в нарядных костюмчиках, а дочка — в пышном красном платьице были так преисполнены важности, словно это в их честь устроили торжество, что смотреть на них без улыбки было трудно.
— Барон Назаров с супругами и детьми! — громыхнул голос Корфа после удара жезла о пол.
Мероприятие, как было заранее объявлено, не являлось строго церемониальным, так как во дворце собрались только близкие родственники. Поэтому вновь вошедшие подходили к виновнице торжества, поздравляли и преподносили свои подарки, которые тут же уносила прислуга в соседнюю залу.
Софья встречала гостей в фиолетовом платье с открытыми плечами, блистая великолепной изящной золотой цепочкой, которая была унизана капельками прозрачных бриллиантов, а центральный, розово-фиолетовый алмаз в виде сердечка, создавал эффектный контраст. На голове цесаревны красовалась золотая диадема с вкраплениями драгоценных камней.
Никита с жёнами и детьми остановился в паре шагов от Софьи и сияющего довольством Владислава. Он с любопытством смотрел на обернутый в подарочную бумагу предмет и, кажется, пытался угадать, что же преподнесли Назаровы.