— Надо объявить гостям, что их ожидает, — вдруг сказал Константин Михайлович. — А после этого потихоньку начинать эвакуацию. Пока одну-две группы отправить в «Воронье», остальные будут создавать видимость продолжающегося праздника. Снимаем защиту, даём британцу активировать взрывчатку. Пусть уходит. Там Самуил Петрович только и ждёт, когда крысы в ловушке окажутся.
— А вдруг диверсант выберет другой путь? И мы зря будем ждать его в свои объятия? — усмехнулся Владислав.
— Нет, — покачал головой Никита. — Полевой портал жёстко привязан к двум маячкам. Враг уйдёт туда, откуда идёт принимающий сигнал. В данном случае — на даче. Если только напарница не убежит оттуда.
— Что думаете, Фёдор Ильич? — Александр внимательно выслушал брата, сына и барона Назарова, но своего мнения пока не озвучивал.
— Я сначала понять не мог, почему враг тянет время, — Возницын откинулся на спинку стула. — Но молодые люди всё разъяснили. Думаю, мы должны сами ускорить события до наступления темноты. Что-то мне не по себе, сидя на пороховой бочке.
— Мнение цесаревича спрашивать не стану, — взгляд императора отяжелел, когда он скользнул по оживлённым гостям, потянувшимся к своим столам. — Он сам его высказал. Что ты думаешь, Никита Анатольевич?
— Думаю, надо подтолкнуть исполнителя к действию — откидывая последние сомнения, твёрдо ответил волхв. — Вы говорите, Фёдор Ильич, что за ним постоянно приглядывают? Поэтому под благовидным предлогом наблюдение нужно снять. Тогда диверсант останется в одиночестве на несколько минут, и спокойно активирует Шар. Собой жертвовать он не станет, это уже понятно. Иначе бы давно взорвал яхту…
— Хорошо, я согласен, господа, — своим словом Александр как будто нажал на какую-то кнопку, отчего все выдохнули с каким-то облегчением. — Кто объявит нашим дорогим родственничкам, что пора закругляться?
— Пожалуй, я, — ответил Великий князь Константин. — Всегда хотел проверить, насколько крепки у них нервы, и кто больше всего подвержен панике.
Император поднял руку, подзывая к себе одного из охранников, которые незримыми тенями маячили за его спиной с самого начала торжества.
— Найди капитана корабля. Пусть объявит по громкой связи, чтобы все гости собрались на верхней палубе.
— Слушаюсь, Ваше Величество, — телохранитель коротко кивнул и растворился среди отдыхающих.
Через несколько минут по громкоговорителю раздался солидный голос капитана, приглашавшего всех гостей на верхнюю палубу, где их ждет Его Императорское Величество, чтобы произнести речь. Константин Михайлович с непроницаемым лицом попивал коньяк, дожидаясь, когда все Меньшиковы и Хованские поднимутся наверх. Уловив кивок императора, он встал, окинул взглядом замерших людей. Наступила пронзительная тишина, нарушаемая криками-стонами чаек, мечущихся над яхтой. Великий князь заговорил без микрофона. Голос у него был очень сильный, зычный.
— Дорогие гости! Дядюшки, тётушки, кузены, кузины! Вынужден вас немного огорчить. Наш праздник на этой красавице-яхте подходит к концу. Дело в том, что мы планировали провести его немного в другом формате, не объявляя заранее программу всего мероприятия. Поэтому продолжим его совсем в другом месте, в «Вороньем урочище»…
Дисциплинированно молчавшие до этого гости удивлённо зашумели, стали переглядываться. Кто-то недоумённо пожимал плечами, кто-то недовольно высказался о непрофессионализме устроителей. Это явно был камень в огород барона Корфа, который молча выслушивал несправедливые упрёки, не дрогнув ни единым мускулом на лице.
— Тихо! — рявкнул Константин Михайлович, разом прерывая поднявшийся ропот. — Ещё раз! Так было запланировано, чтобы каждый из вас надолго запомнил этот день. Понимаю, что не все хотят покидать яхту. Здесь хорошо, не спорю. Море, бриз, чайки на голову срут…
Великий князь виртуозно подготавливал гостей к путешествию через Инферно, и это ему удалось. Раздался сочный хохот, кто-то зааплодировал столь «изящной» стилистике.
— Но! У нас ещё большая программа празднования! И не забывайте про детишек, которые тоже хотят присоединиться к веселью! Давайте не будем портить настроение нашей дорогой Сонечке! Поэтому сейчас первые сорок наших прекрасных дам спустятся в общую столовую на нижней палубе и полностью подчинятся указаниям барона Назарова.
Никита кивнул. Всё правильно. Первым делом нужно убрать с яхты женщин, чтобы они своей паникой не сорвали эвакуацию. Да и среди мужчин могут оказаться «истерички». Но с этими проще. Пара-тройка пощёчин приведёт их в чувство. Но каков тестюшка! Ни словом не обмолвился, что все они сидят на пороховой бочке!