— Кажется, никого, — проговорил Москит, вертя головой. Он снизил скорость, и теперь машина едва ползла между гаражными боксами.
— Давай вон к тому повороту, — Никита заметил между гаражами просвет. — Здесь последний ряд, значит, сзади или пустырь, или гравийка.
Так и вышло. За последними гаражами находилась импровизированная свалка разного хлама, выброшенного автомобилистами из-за ненадобности. Видимо, периодическая чистка своих помещений сводилась к тому, что старые шины, кресла, какие-то ржавые детали, доски, куски застывшего цементного раствора перемещались сюда.
— Остановись, — сказал Никита, заметив более-менее чистый пятачок земли. — Сидите на месте. Я на пару минут.
Он вылез из машины, размялся несколькими энергичными движениями рук и сжал нефритовый медальон. Воздух перед ним сгустился до состояния киселя, окрашенного в багрово-жёлтый цвет, облаком взмыл вверх на несколько метров, приобретая очертания человеческой фигуры, и через мгновение с шелестом развеялся, трансформировавшись в смуглолицую девицу, наряженную в приталенное пальто с милым газовым шарфиком. Неуверенно поправив на голове беретку, Азафа с гримасой отвращения огляделась кругом.
— Что это за грязное и неприятное место, господин? Людям нравиться жить среди хлама и мусора? Какие-то каменные хлева, воняет неприятно. Впрочем, знавала я такие города, целиком построенные по подобию.
— И где это такое ты видела? — критически оглядев джинири с головы до ног, Никита счёл нужным признать, что Азафа выглядит прилично. На пальто — ни единого пятнышка, модные сапожки начищены до блеска, тонкие замшевые перчатки завершают образ незнакомки, на которую должна клюнуть очень крупная рыба.
— Это было давно, лет этак… — Азафа задумалась, — десять тысяч назад. Кучно, грязно, народу много. От того и болезни всякие случались. Но здесь очень тихо, что странно.
— Мир другим стал, — усмехнулся Никита. — Садись в машину, я тебе объясню, что делать.
Телохранители заулыбались, когда джинири расположилась на заднем сиденье и шутливо пихнула локтем в бок Слона. Все-таки приятно иметь оружие огромной разрушающей силы в облике красивой девушки, да к тому же выступающей на нужной стороне.
— Не засматривайся на меня так, воин, — предупредила Азафа. — У тебя своя женщина есть, а я тебя и зажарить могу.
Москит с Лязгуном захохотали,
— Поехали, — Никита захлопнул дверь. — А ты, красавица, слушай внимательно, что нужно сделать…
Рынок «Юго-Западный» вольно раскинулся вдоль Объездного тракта, заняв огромную площадь, застроенную однообразными павильонами, в которых шла оживлённая торговля. Здесь даже был авторынок, на который каждый день устремлялись тысячи любителей железных коней в надежде найти идеальный вариант для собственных потребностей.
Павильоны тянулись на сотни метров, но потеряться здесь не мог бы и самый рассеянный посетитель. Везде стояли информационные щиты с планом рынка, разбитого на определённые сектора: продовольственный, с промышленными товарами, для садоводов, для любителей выращивать животных на домашнем подворье, да и не перечислить всего. Единственная проблема состояла в том, что передвигаться по асфальтированным дорожкам приходилось пешком. Машинам сюда въезд был воспрещён, кроме тех, что привозили товар. Но и для этого требовалось специальное разрешение.
Оставив Москита охранять тачку, остальные направились к распахнутым воротам. Прежде чем окунуться в кипящую суету рынка, Никита тщательно изучил план, нарисованный на огромном щите перед входом. Чтобы найти чайхану, следовало сначала понять, где она могла находиться. Вряд ли обжорные ряды задвинут в самый дальний угол рынка. Главный принцип для них: быть поближе к людям. Кушать хотят все, и чем доступнее окажется кафе или закусочная, тем больше прибыль.
— Нашёл! — Слон оживился. — Нужно от входа пройти два ряда и повернуть направо. Идём, идём и сворачиваем налево. Вон там сколько всего! Пирожковые, кафешки, общественная столовая даже есть! Уж чайхану отыщем!
— Азафа, ты идёшь первой, — пояснил Никита девушке, и так крутящей головой по сторонам с нескрываемым любопытством на лице. — Мы будем рядом, в нескольких шагах от тебя. Как только окажемся в нужном секторе, начинай изображать растерянность, словно потеряла кого-то. К тебе обязательно подойдут и спросят, «как такая красавица ходит одна и не боится?».
Волхв изобразил восточный акцент настолько умело, что личники не удержались и тихо заржали. Азафа даже не улыбнулась, только кивнула, показывая всем видом, что приказ поняла. Она поправила на плече ремешок женской сумочки и изящной походкой направилась по дорожке, сопровождаемая взглядами мужчин. И ведь хороша, чертовка, пусть и отличается внешностью от местных барышень, далеко не в худшую сторону. Скорее, даже выгоднее смотрится.