Больше всего Никита хотел заняться реорганизацией Коллегии Иерархов. В свете приближающейся инициации Мишки и Полины нужно было хорошенько почистить Секретариат, завести друзей среди низшего звена — там хватало амбициозных волхвов, имеющих все возможности выйти на уровень Иерарха, но из-за возникающих противоречий со старшими товарищами топчущихся на месте. Когда большая часть Коллегии сможет поддержать его, тогда легче всего будет скрыть Дар Полины от тех, кто пристально следит за семьёй Назаровых. Значит, нужны сторонники. Кстати, князь Балахнин обещал прощупать настроения в сём заведении, но куда-то пропал. Неужели настолько увлёкся попытками активировать магический Дар у неодарённого ребёнка, что забросил иные прожекты? Кстати, вот ещё загадка: что это за ребёнок? Чей он, что князь так настойчиво хочет зажечь в нём искру? При должном желании можно узнать любые подробности, но Никита хотел, чтобы Алексей Изотович сам рассказал, чем занимается.
Вернувшись к столу, волхв по рации, ставшей необходимым атрибутом в его повседневной жизни, вызвал Слона. Личник отозвался мгновенно.
— Через десять минут будь у меня вместе с Нагайцем, Лязгуном и Москитом, — приказал Никита. — И найди Аякса. Он тоже нужен.
— Принял, — шикнула рация голосом Слона.
Ровно через десять минут вся личная гвардия Никиты находилась в кабинете. Вместе с ними заявился и Аякс. Он скромно присел за дальним концом стола, понимая, что в этой ситуации не является главным действующим лицом.
Бекешев, которого Никита пригласил чуть раньше, тихонько постукивал пальцами по крышке стола.
— Ильяс, докладывай, что узнал, — разрешил волхв, когда все расселись и стали ждать, ради чего их собрали.
— В Вологду заявился курьер, торгующий «радугой», — Бекешев не стал заострять внимание на мелочах. Личники барона прекрасно знали, о чём идёт речь. — Тот самый парень, который проходит реабилитацию, предупредил, что Перец уже в городе. Правда, по каким-то непонятным причинам задержался, хотя мы его ждали в конце апреля. Но не суть… Перец остановился в посёлке где-то на Луговой. Пока точно не известно, где именно. Фёдор ещё к нему не ходил, ждёт нашего сигнала.
— Необходимо тихонько «изъять» курьера и выяснить, у кого он берёт товар, — пояснил Никита, когда Ильяс замолчал. — В свете готовящейся поездки в Симбирск его связи окажут нам большую услугу. Если окажется, что господин Гринцевич по кличке Гангстер является тем самым посредником, будем его разрабатывать. Когда получим всю необходимую информацию, передадим дело графу Возницыну. Может случиться так, что придётся подраться. Григорий, у Гринцевича большая группировка?
— Я точно не знаю, — пожал плечами Аякс. — Но минимум десять крепких парней вокруг него крутились всё время, пока я следил за ним. Возможно, Гангстер создал обширную разветвлённую сеть для своих делишек, но утверждать не берусь.
— Хорошо, разберёмся на месте, — кивнул Никита. — Нам важно закончить это дело до конца мая. Впереди маячит очень серьёзная проблема политического характера. Нужно быть готовыми к ней во всеоружии. Ильяс, ты уже приставил людей к Фёдору?
— Так точно. Они постоянно находятся возле него, где бы тот ни был. После своей реабилитации парень уходит домой, его перемещения плотно отслеживают.
— По телефону он тоже не пытается предупредить Перца, — удовлетворённо кивнул Никита. — Работает голова-то у парня. Вот что значит — вовремя очистить кровь от заразы.
— Не до конца подсел, — высказался Лязгун.
— Тоже так думаю, — волхв откинулся на спинку кресла. — И Ольга даёт хорошие прогнозы. Нам обязательно нужно найти лёжку Перца и брать его за жабры. Видимо, курьер только-только прибыл, оглядывается и не торопится продавать товар. Поэтому Фёдор и не знает точного адреса. Предполагаю, завтра-послезавтра все любители «радуги» активизируются.
— А не лучше ли сразу передать дело ИСБ? — предложил Слон. — У нас и так насыщенный график подготовки, а вместо этого на Гангстера отвлекаться приходится.
— Дело чести, — бросил Никита и посмотрел в удивлении на личника, с чего это вдруг у того подобные мысли появились. — Я эту мразь сам готов давить голыми руками.