— Эй, ты чего, — говорю тревожно, — что случилось?
Мужик медленно повернул голову в мою сторону словно вообще не имея костей, и замер, всматриваясь в меня, а я — в него. Этот мужик...
— Эй, я тебя знаю!.. — нерешительно сказал я ему.
Он стал медленно вставать, опустивши голову, словно всматриваясь в грязные, потертые коленки, и снова как крикнул: «Да пошел ты, урод!!!» — И его рука, совершив резкое, размашистое движение, кинула яростно тяжелый камень мне в голову...
***
— Парни, как думаете, больно ли умирать? — спросил Студент (так его звали в силу того, что он был весь щупленький, словно сильно недоедал, да потом и его очки, без которых он и шаг не мог сделать) и подкинул сушняка в костер, чтобы хоть как-то развеять ночную прохладу.
— Да Поп его знает, — с грустью в голосе сказал Серега. — Он тогда еще на последнем издыхании говорил, чтоб ничего не боялись, Бог всех примет, что боль перетерпеть можно, что бояться надо не боли, а гнева Божьего.
— Да какой Бог, Серега, — говорю я, — дома жена вот-вот родит, будет у меня дочь, только будет ли у неё отец? Где тут Бог?
Серега пустил тяжелую струю, он прекрасно понимал меня, ведь кто мы такие? Испытатели неизвестного? Или, быть может, спасители кого-то или чего-то? По факту отправили мелкий отряд бесцельно в один конец и все. Сделали видимость, что идет работа, что отправили на выручку вооруженный до зубов ударный отряд, что люди в безопасности. А всего лишь стоило пустить слух какому-то мудаку, что мир обречен, что какие-то сказочные твари всех сожрут, так сразу такой шум поднялся вокруг этого Лесницка, хотя, когда в действительности город был не опаснее другого любого города, — никаких тварей здесь нет. И та «тварь», что из туалета, всего-навсего была одичавшая, свихнувшаяся девчонка, каких везде можно сыскать. Город стоял сотни лет и никого не беспокоил, и ещё столько же простоял бы. А те безумцы, что хотели острых ощущений, сами должны за свои нелепые смерти ручаться, а не подключаться в прямой эфир, что Лесницк — новая мировая катастрофа.
— Да ладно тебе, вернешься ты домой к своим, вот увидишь, карапуз тебя смехом встретит, а жена от счастья слезы будет лить, и ты тоже! — попытался поддержать меня Серега, но его слова не были тверды, он сам в свои слова не верил, но друга по несчастью он не хотел оставлять.
***
Острый камень, рассекая воздух, попал в человека — точно в голову. Но человек ничего не крикнул, он просто рухнул. Почувствовал ли он боль? Наверняка, да. Даже боль во сне способна принести реальные ощущения, но без последствий.
— ...Да очнись ты уже! Ну! — звал меня знакомый голос. — Ещё немного, вылезай уже! Ну и тварь же нас засосала...
Когда я более-менее пришел в себя, оказалось, что я валялся в темном помещении, а Серега, пытавшийся меня поднять за руку, все не спускал с глаз, светя фонарем, с той выемки в стене, из которой он меня вытащил. Она (стена) словно была живая — с каждым разом пульсирование «выемки» становилось резвее, и через мгновение отверстие в стене затянулось древесным покрытием. Мерзкое зрелище.
Мое тело не хотело меня слушаться, и Серега, отпустив мою руку, стал рассматривать человекоподобные фигурки в стене. Он с отвращением глядел на затянутые древесиной тела, не задерживаясь ни на одном из них; но когда луч фонаря упал на голову какого-то человека, которая безжизненно свисала со стены, луч света дрогнул и начал мотаться из стороны в сторону, пока Серега не остановился возле этого человека.
«Аркаша, Аркаша!» — звал он того. — «Аркаша, это я, Серега, узнаешь?» — Голова не откликалась и все также не подавала признаков сознания, тогда он начал ее тормошить и далее звать по имени. Тогда уже стало все понятно, но он дальше продолжал что-то говорить ей, что-то обещать, будто бы она все слышит и понимает. Тогда я поднялся и положил руку тому на плечо.
— Серега, всё тут уже. Пойдем быстрее... — сказал я ему, не догадываясь еще о новой проблеме.
— Его нельзя оставлять, — растерянно произнес тот, — ему плохо. Он мне что-то пытается сказать, просит нашей помощи, друг.
— Да-да, — кивнул я ему понимающе. Теперь мы обречены, Серега спятил. — Мы вернемся за ним, — успокаиваю его, — вытащим! Но сейчас надо валить или окажемся снова рядом с ним, так ты все-равно не вытащишь его.
Тот согласился, не может же он оставить родного брата как бы живого, да и оставаться здесь нельзя — логово монстра нам не на руку. Под общим решением нам удалось двинуться с этого места, но каждый все-таки преследовал свои цели.
Часть II. Глава II. Как все начиналось