– Раз, – говорит он в микрофон. – Раз.
Визг и свист усиливаются. Большинство посетителей мужского пола держатся подальше от сцены, болтая между собой и как бы показывая, что они здесь не ради Мэта. Кажется, армия его поклонников состоит исключительно из сумасшедших девиц.
– Отлично, – улыбается Мэт. – Всем привет. Я Мэт Финч.
Они хлопают и кричат, как банши, наглотавшиеся веселящего газа. Поклонницы Ди – девочки-подростки и еще младше – тоже кричат от восторга на ее концертах. Но эти воют, как взбесившиеся уличные кошки, требующие объедков.
– Спасибо. – Мэт проводит рукой по волосам. – Спасибо, что разрешили мне здесь спеть. У меня сегодня генеральная репетиция перед туром. Вы слышали о девушке по имени Лайла Монтгомери?
Толпа опять ревет, и в этот раз к крику девушек добавляются мужские голоса.
– Ой, как мило, – улыбаясь, шепчет Ди.
Мэт наигрывает на гитаре первые аккорды.
– Завтра я буду петь на разогреве у Лайлы, а сейчас только предварительный прогон. Поехали.
Он начинает с песни, которая была популярна еще во времена «Финч Фор». В сольном исполнении она звучит намного интереснее. Девушки подпевают, шатаясь как… в общем, как пьяные. Затем Мэт переходит к каверу на «Каролина в моих мыслях» Джеймса Тейлора. Все в баре начинают танцевать, радуясь и подпевая. Наверное, мы с Ди здесь единственные жители другого штата, хотя Ди вполне может сойти за свою – она полна энтузиазма.
К пятой песне я почти забываю о том, что Мэт Финч – тот самый парень, который всю неделю действовал мне на нервы. Сейчас он кажется более человечным, открытым и мягким. Это всего лишь выступление в клубе, но в его голосе столько искренности, будто он поет для своих друзей. Я ловлю себя на мысли, что завидую микрофону, который находится так близко к его губам.
Мэт объявляет песню, которая поразила меня еще до того, как я его встретила – «Человек». Я полностью погружаюсь в музыку, аккорды внутри меня словно гигантская волна, то поднимаются, то отступают. Мир вокруг расплывается, и я вижу только лицо Мэта. Мыслями он где-то далеко, его глаза закрыты. Кажется, будто он в одиночестве поет у себя в комнате, а мы все – случайные зрители.
Боль в его голосе так неподдельна, что я чувствую ее сердцем, как свою собственную. Хочется узнать его ближе, увидеть его шрамы и понять, чувствует ли он то же, что я.
Понимаю, это смешно. Но мое желание сильнее, чем тупая тяга к никотину или стремление выпить четвертую кружку пива. Я жажду перемен, новизны. Тянет вернуться назад и стереть все свои ошибки розовым школьным ластиком, как в контрольной по математике. Жаль, что эти ошибки написаны не карандашом.
Песня уносит меня с жесткого деревянного стула, и я оказываюсь где-то в другом мире. Я забываю, что зал полон народу, пока какие-то пьяные девицы снова не начинают подпевать. Так бы и выплеснула на них свою воду со льдом!..
Мэт останавливается, чтобы выпить воды.
– Как дела, Чарлстон?
Толпа шумит – он их покорил.
– Отлично. – Он снова берет в руки гитару. – Песня, которую вы сейчас услышите, новая. Надеюсь, понравится. Она называется «Не сейчас».
Первые аккорды оптимистичные. Обнадеживающие. Мэт начинает петь, и я жадно вслушиваюсь в слова, пытаясь понять смысл.
Я чувствую, что мое лицо вспыхивает, и это не из-за духоты в клубе. Он написал песню о Ди?
«Только встретились» – это явно не о Ди, они сто лет знакомы. Возможно, эта песня не о ком-то конкретном. Строго говоря, недавно Мэт познакомился со мной. Но он не стал бы писать песню обо мне и тем более не приглашал бы меня ее послушать.
– Какая крутая песня, – шепчет Ди.
Мэт закрывает глаза, и гитара становится громче, врываясь во второй куплет.