Я закатываю глаза и встаю у камеры. Ди берет меня за руку, и я стараюсь не думать, что на меня смотрят люди из нашего городка. И не просто смотрят, а осуждают. Я знаю, что они думают: Риган О'Нил – той, что состоит на учете в полиции и встречалась с беспутным Блейком, – здесь не место.
– Привет, Риган. Каково дружить с восходящей звездой мировой музыки? – спрашивает Мисси.
Я смотрю на свою подругу, которая ободряюще мне улыбается. Не понимаю, как Ди могла доверить мне сказать что-то подобающее случаю, но она будет мной гордиться.
– Она самый лучший друг, о котором только можно мечтать. И это никак не связано с тем, что она восходящая звезда.
– Я заплатила ей, чтобы она так сказала, – шутит Ди, и я прикладываю все силы, чтобы не засмеяться. Не хочу появиться на национальном телевидении с двойным подбородком. Подумать только, Ди приходится постоянно думать о таких вещах.
Позади нас кто-то громко вздыхает, и мы оборачиваемся. Лисса с поджатыми губами смотрит на часы.
– Мне пора, – говорит Ди. – Было приятно поболтать, Мисси!
Когда мы разворачиваемся, чтобы уйти, Мисси говорит на камеру:
– Это была Лайла Монтгомери. Она сегодня выступает в нашем городе. Одну из ее…
Дальше мне не слышно. Мы проходим мимо нескольких репортеров, выкрикивающих имя Ди. Она еще раз останавливается и позирует, но уже ни с кем не разговаривает.
Как только мы заходим, ее забирают готовиться к выступлению, а я нахожу свое имя на кресле в третьем ряду и падаю в него, радуясь, что могу наконец расслабиться. В этом вычурном платье приходится постоянно держать спину. Лисса идет дальше, она будет сидеть в последних рядах с остальными рекламщиками. Я замечаю на креслах таблички с известными в мире кантри-музыки именами. Людей в зале пока не слишком много.
– Привет. – В соседнее кресло плюхается Мэт. Организаторы посадили нас рядом: Ди возле прохода, Мэт, потом я. Чтобы их могли фотографировать вместе, и это, честно говоря, раздражает. Я бы лучше сидела возле Ди.
Мэт рассматривает мое платье.
– Ух ты!.. Тебе идет.
Я пропускаю комплимент мимо ушей.
– Как прошел по красной дорожке?
– Там шумно. У Ди все нормально?
– Прекрасно, как всегда. Большинство репортеров вели себя прилично.
– Я этим похвастаться не могу. – Мэт качает головой. – Какой-то придурок спросил, сплю ли я с Ди. Не встречаюсь, а именно сплю.
Внутри меня все сжимается от ярости.
– И что ты ответил?
– Ничего. Сделал вид, что не услышал. Что я должен был сказать?
– Сказал бы, что спишь с его дочкой. Или с женой.
Мэт смеется.
– Представляю его реакцию!
К нам приближается какой-то парень в идеально сидящем смокинге и белой ковбойской шляпе. Идет медленно, вразвалочку, как настоящий ковбой.
– Мэт Финч! – радостно кричит он, распахивая руки для объятий. – Сколько лет, сколько зим, дружище!
Пока они обнимаются и хлопают друг друга по плечам, я разглядываю свой маникюр.
– Чет Эндрюс! Как ты, парень?
– Все путем, – отвечает тот. Затем тихо добавляет: – А вы, ребята, в порядке?
– Да, все нормально, – произносит Мэт. – Уже лучше. Жена Тайлера родила первенца. Мы безумно рады.
– Наслышан! – говорит Чет. – Мои поздравления, дядя Мэт. Рад, что у вас все хорошо. Это твоя девушка?
Я поднимаю глаза от ногтей, как истинная леди.
– Вообще-то, она девушка Ди.
Ди, должно быть, знакома с Четом, иначе Мэт назвал бы ее Лайлой.
– Это ее лучшая подруга, Риган.
С момента выхода первого альбома Ди прошло три года, и мне уже немного поднадоело, что меня представляют, как «ее лучшую подругу, Риган». Я не завидую популярности Ди, просто не хочу, чтобы на меня падали отблески ее славы. Но я стараюсь вести себя как воспитанная лучшая подруга. Поэтому подаю руку и улыбаюсь.
– Приятно познакомиться.
Пожимая мне руку, Чет тихонько присвистывает.
– Рядом с ним – самая красивая девушка в зале, а он не хотел даже нас познакомить! Друг, называется!
Мэт смеется, хлопая его по руке.
– Идешь на вечеринку после шоу?
– Конечно, – отвечает Чет. – Увидимся там.
Они снова обнимаются.
– Рад встрече, – говорит Мэт.
Когда Чет уходит, я спрашиваю:
– Старый друг?
– Да. Знаю его практически с детства. Очень хороший парень.
Вечер продолжается, и я замечаю, что кантри-музыканты – удивительно сплоченное сообщество. Когда Ди выходит на сцену, зал сходит с ума. Сегодня вечером она поет «На краю вселенной, в Теннесси», версию с полным составом музыкантов. На экране полевые цветы, и я жалею, что у меня нет с собой фотоаппарата. На последнем припеве музыканты перестают играть, и Ди поет только под акустическую гитару. Ей подпевают самые известные голоса страны.