— Благоприятные новости говоришь? Еще не известно, к чему приведет такие мысли, но в чем-то ты прав, — мужчина в кресле издал вздох раздражения, при этом поднимая руки к голове. Послышался звук тихого щелчка и после уже звук удара металла об металл – это мужчина положил на столик металлический шлем, — Я до сих пор не могу поверить, что так просто все произошло, как если бы сама судьба благоволила мне…нам. Не знаю даже о чем думать и как реагировать, поэтому и улетел. Главное отвадить от себя подозрения, а то у нас нынче мирные времена уже веков так ...очень уж много. Сейчас могут полететь головы и нужно быть очень далеко от места происшествия, хорошо, я узнал о случившемся в дороге и просто повернул корабль в другую сторону и не успел вернуться домой.
— Да, и мне повезло, я уже давно не прилетал на главную Звезду, - стоящий спиной второй мужчина развернулся к своему партнеру, начиная быстро двигаться к приготовленному месту отдыха, — ты сейчас мог бы приблизится и сделать вид, что сочувствуешь, что готов помочь в чем угодно.
— Да, конечно, и получить по морде, — оскалив зубы в ухмылке, другой человек развалился в кресле, задумчиво прислонив к лицу руку, а другой опираясь на столик, постукивая указательным пальцем по его поверхности, — Не знаю, с чего ты вообще взял, что меня могут послушать хоть на минутку? Да, я на ценном счету, но это не дает мне право лезть в панибратские разговоры.
— Возможно, ты и прав, с этими сумасбродками всегда было все не так, то им подавай тишь и благодать, нет как в старые времена – кто-то не слушает, взял и придушил в тихой комнате, а теперь все демократично и открыто.
В этот самый момент прозвучал звонок по связи у одного из мужчин, и он коротко ответил.
- Да, - послушав несколько секунд ответ, - заноси.
С одного края моста тут же отъехала перегородка, впуская несколько человек с большим металлическим подносом. Оба человека были одеты в облегающие костюмы – комбинезоны из плотной ткани, оба худощавого телосложения, с густыми короткими и волнистыми волосами черного и каштанового цвета. Лица их были скрыты за короткими серебряными масками, открыты были только глаза. У одного были узкие бегающие глаза с хитрым взглядом. Второй же щеголял более овальным лицом с большими задумчивыми глазами, который с подозрением смотрел на своего коллегу.
В чем бы ни была причина таких взглядов, мужчин это только немного повеселило, и они переглянулись между собой, прикрывая лица в полутьме.
Когда поднос был поставлен на столик, оба паренька сразу ушли.
— Не понимаю, почему ты ничего не хочешь предпринять, — со вздохом упав в кресло на против, мужчина в длинной черной вуали вытянул ноги под декоративным резным столиком.
— А ты представь, с произошедшим сейчас я могу получить все, не дернув даже пальцем – одна красавица уже не дееспособна, вторая погрязла в соплях и поисков лечения. Даже не находясь на месте, могу представить это скопище лизоблюдов вокруг, что предлагают свое соболезнование, а за спиной думают, как бы облапошить и добиться больших благ для себя. Ведь погрязший в рутине правитель – уже и не правитель вовсе, — мужчина в металлическом костюме усмехнулся, опершись на столик, наклонился к своему собеседнику, — лезть на пороховое поле не намерен и тебе не советую, она в соболезнованиях никак не нуждается – эти все стенания для правительницы выглядят как похоронный марш – а она же не намерена еще никого хоронить. — мужчина еще больше наклонился, прислоняясь лицом к своему оппоненту, улыбаясь широкой яркой улыбкой, лбом упираясь в лоб другого мужчины. — Если хочешь жить долго и счастливо и выиграть из этой ситуации, пока никуда не лезь, действие начнется, только когда результаты будут ясны.
Оба собеседника уставились друг дружке в глаза. Второй же мужчина, коротко отстранившись, молча и хмуро кивнул своему оппоненту, задумчиво уставился на небольшой бокал с напитком. Затем произнес:
— Давай уже поедим, обо всем можно договориться и позже.
Трапеза их была не долгой, а разговор и того короче, но оба были довольны и немного удивлены тем, что в конце их мысли смогли совпасть.
Вселенная, наблюдавшая и слышащая всю беседу лишь, тихо и молча взирала на все это безобразие, но ей эти события были совсем не интересны.