– Эта шуба будет моей! – громко сказала она. – Эта шуба будет моей! Эта шуба будет моей!
Очень хорошо, моя дорогая. Она будет твоей. Но не теряй голову. Сядь, успокойся и подумай. Ты ведь умница, не так ли? Ты ведь и раньше его обманывала. Ты же знаешь: дальше кончика своего зонда он ничего не видит. Потому сиди совершенно спокойно и думай. У тебя масса времени.
Через два с половиной часа миссис Биксби сошла с поезда на станции "Пенсильвания" и быстро направилась к выходу. На ней по-прежнему было ее старое красное пальто, а в руке она несла коробку. Она остановила такси.
– Водитель, – сказала миссис Биксби, – не знаете ли вы, нет ли здесь поблизости ломбарда, который еще открыт?
Человек за рулем поднял брови и с довольным видом поглядел на нее.
– Ломбардов много на Шестой авеню, – ответил он.
– Тогда остановитесь у первого же, который увидите, хорошо?
Она села в машину и поехала.
Вскоре такси остановилось перед дверью, над которой висели три бронзовых шара.
– Подождите меня, пожалуйста, – сказала миссис Биксби шоферу и вошла в ломбард.
На прилавке сидел огромный кот и ел рыбьи головы из белого блюдца. Животное взглянуло на миссис Биксби блестящими желтыми глазами, потом отвернулось и продолжало есть. Миссис Биксби стояла возле прилавка, как можно дальше от кота, ожидая, когда кто-нибудь появится, и рассматривала часы, пряжки, эмалевые броши, старые бинокли, сломанные очки, вставные челюсти. И зачем это люди закладывают зубы, удивилась она.
– Да? – вопросил хозяин, появляясь из темного угла помещения.
– Добрый вечер, – сказала миссис Биксби.
Она принялась развязывать тесьму, которой была обвязана коробка. Мужчина подошел к коту и стал поглаживать его по спине, а кот между тем поедал рыбьи головы.
– Ну не глупо ли это, – заговорила миссис Биксби. – Я вышла из дома и забыла свою сумочку. Сегодня суббота, банки закрыты до понедельника, а мне позарез нужны деньги на уикенд. Это очень дорогая шуба, но много я не прошу. Мне бы только дотянуть до понедельника. Тогда я приду и выкуплю ее.
Мужчина ждал, не говоря ни слова. Но едва она достала норку и прекрасный толстый мех рассыпался по прилавку, как его брови поднялись, он убрал руку с кота и подошел, чтобы взглянуть на шубу. Он поднял ее и подержал перед собой.
– Будь у меня с собой часы или какое-нибудь колечко, – говорила миссис Биксби, – я бы предложила вам их. Но кроме шубы, у меня при себе ничего нет.
Она выставила свои ладони, чтобы он смог в этом убедиться.
– Похоже, новая, – сказал мужчина, нежно поглаживая мех.
– О да. Но я вам уже говорила, мне бы только дотянуть до понедельника. Как насчет пятидесяти долларов?
– Я дам вам пятьдесят долларов.
– Она стоит в сто раз больше, но я уверена, вы будете бережно ее хранить, пока я за ней не вернусь.
Мужчина достал из ящика залоговую квитанцию и положил на прилавок. Квитанция была похожа на бирку, которую привязывают к ручке чемодана, – в точности той же формы и размера, из той же плотной коричневатой бумаги. Но посередине были проколоты отверстия, чтобы ее легко можно было разорвать на две части, и обе части были одинаковые.
– Фамилия? – спросил он.
– Это не нужно. И адрес тоже.
Она увидела, как мужчина задумался и кончик пера завис над пунктирной линией.
– Вам ведь не обязательно записывать фамилию и адрес, не правда ли?
Мужчина пожал плечами, покачал головой, и кончик пера переместился к следующей строчке.
– Просто мне бы этого не хотелось, – сказала миссис Биксби. – У меня на то есть причины исключительно личного свойства.
– Тогда вам лучше не терять эту квитанцию.
– Не потеряю.
– Вы понимаете, что любой, кто найдет ее, может явиться и потребовать вещь?
– Да, я знаю.
– Только по номеру.
– Да, знаю.
– Как мне ее описать?
– Не надо описывать, благодарю вас. Это необязательно. Просто поставьте сумму, которую я возьму.
Кончик пера опять завис над пунктирной линией рядом со словами "наименование предмета".
– Думаю, все же нужно хоть какое-то описание. Всегда пригодится, если вы захотите продать квитанцию. Кто знает, может, когда-нибудь вам захочется ее продать.
– Я не собираюсь ее продавать.
– Вдруг придется. Так часто бывает.
– Послушайте, – сказала миссис Биксби. – Я не разорена, если вас это волнует. Просто я потеряла кошелек. Понимаете?
– Как угодно, – произнес мужчина. – Шуба ваша.
В этот момент неприятная мысль пронзила миссис Биксби.
– Скажите мне вот что, – проговорила она. – Если на моей квитанции не будет описания, как я могу быть уверена в том, что вы отдадите мне шубу, а не что-нибудь другое, когда я вернусь за ней?
– Я занесу соответствующую запись в книгу.
– Но у меня-то будет только номер. Поэтому вы можете вручить мне любую старую вещь, разве не так?
– Так вам нужно описание или нет? – спросил мужчина.
– Нет, – сказала она. – Я вам верю.
Мужчина написал "пятьдесят долларов" против слова "стоимость" в обеих частях квитанции, затем разорвал ее пополам вдоль проколотой дырками линии и нижнюю часть протянул через прилавок. Из внутреннего кармана пиджака он извлек бумажник и достал пять десятидолларовых банкнотов.
– Я беру три процента в месяц, – сказал он.
– Да-да, хорошо. И благодарю вас. Вы ведь будете бережно с ней обращаться?
Мужчина кивнул, но ничего не ответил.
– Положить ее обратно в коробку?
– Нет, не надо...
Миссис Биксби повернулась и вышла из ломбарда на улицу, где ее ждало такси. Через десять минут она была дома.
– Дорогой, – сказала она, целуя своего мужа. – Ты скучал по мне?
Сирил Биксби отложил вечернюю газету и взглянул на свои часы.
– Двенадцать с половиной минут седьмого, – сказал он. – Ты немножко опоздала, не так ли?
– Знаю. Эти кошмарные поезда. Тетушка Мод, как обычно, передает тебе привет. Ужасно хочу выпить, а ты?
Ее муж сложил газету аккуратным прямоугольником и положил ее на подлокотник своего кресла. Потом поднялся и подошел к буфету. Его жена стояла посреди комнаты, стягивая перчатки и внимательно наблюдая за ним. Сколько же ей ждать, думала она. Он стоял к ней спиной и, склонившись над мерным стаканом, время от времени подносил его близко к лицу и заглядывал в него, будто в рот пациента.