Тут же красивое аристократичное лицо исказила ярость. Но всего на мгновение. Потом принц, опустошенный воспоминаниями, холодно добавил:
– Она не сразу стала такой. Пока все ее тело превращалось в растение, Кандра успела признаться мне в ненастоящей любви. Эта улыбка, которая до сих пор на ее лице…
Замолчал, сжал кулаки и уставился вдаль, прокручивая тот момент в своей памяти. Арвина не хотела мешать, обдумывала ситуацию. Видения про признание Анхелеса в скорой женитьбе и про эту поляну с огромным дубом теперь стали для неё понятными. Но что тогда с остальными?
– Тебе рассказали о моем появлении в этой заварушке? – спросила Арвина, вырывая второго принца из воспоминаний.
– Да, я в курсе некоторых вещей, – нехотя отозвался собеседник, переключая внимание на нее.
– Я увидела, как кто-то напал на Минора. Мне казалось, что это сделал ты.
Анхелес не разозлился, не стал шутить или переводить тему, он серьезно размышлял:
– Не я. Но пытался до этого покушения. Райан… То есть Его Высочество наследный принц сказал, что Минор действительно не желал такого исхода, и попросил оставить его в живых. Так что вряд ли я стану мстить, пока брату нужен этот пёс, – ответил принц.
– А как перестанет быть нужным, так убьешь? – хмурясь, спросила Арвина.
– Всё может быть.
Видящая с выражением на лице, не выдающим ни единой эмоции, поднялась и пошла к краю поляны. Анхелес не стал ни останавливать её, ни идти следом.
То ли сказывались напряженные дни в пути, то ли откровения принца, но Арвина поняла, что устала. У нее не было сил размышлять над услышанным, разговаривать с Анхелесом. Она почти добрела до кромки леса, как почувствовала, что уходить нельзя.
«От него нельзя-то?» – думала она. «Это почему? От него бежать надо».
За ее спиной раздался свист. Арвина резко обернулась. Вся поляна медленно освещалась из-за огня, все больше и больше разворачивающегося вокруг дуба. Пламя слишком быстро, неестественно охватывало корни и перебиралось на ствол. С противоположной стороны поляны медленно подходил один единственный человек, весь в чёрном, с закрытым лицом и накинутым на голову капюшоном.
Пламя уже обнимало плечи девушки, перебиралось выше и выше, охватило лицо. Анхелес что-то крикнул. Арвина не могла двинуться с места. Она хотела рвануть к принцу, схватить его, потащить за руку подальше с этой проклятой поляны...
Арвина вздрогнула и побежала к дереву.
– Хочешь, что бы сгорел, тварь?! – кричал Анхелес.
Человек в черном стоял и смотрел.
– Хочешь, что бы умер вместе с ней? Да я только этого и ждал!
Принц шагнул к дубу, уже раскинул руки, желая обнять ствол, и в первый раз за много-много лет посмотрел в лицо улыбающейся Кандры Делл. Пахло дымом, из-за которого глаза болели и слезились. Казалось, что он заполнил собой все легкие.
Арвина рванула его за рубашку с такой силой, что принц упал на землю. Торопясь, поднимая его, она в последний раз испуганными глазами посмотрела в сторону человека, готовясь к нападению. Того на месте не оказалось.
Анхелес не сопротивлялся, пока Арвина тащила его через лес. Принцу пришлось шагать босиком, никто из них не удосужился подобрать сапоги. Через какое-то время Арвина поняла, что сжимает больную руку, и тут же отпустила особу благородных кровей. Переводя дыхание, они оба смотрели друг на друга.
Минор появился рядом так неожиданно, что Арвина вздрогнула. Весь в чем-то тёмном, запыхавшийся, тяжело дыша, замер. Он встревоженным взглядом осмотрел сначала принца, потом Арвину. От главы корпуса сильно пахло кровью и потом. И лицо, и рубашка были в красных брызгах.
– Есть потери? – глухо спросил Анхелес.
– Пятеро раненных.
Арвина прошла мимо, вышла из леса, протиснулась к повозкам через напряженных рыцарей к девушкам и молча начала помогать лекарю. Высокий сухой мужчина в очках узнал её, не так давно лечил. Кивнул и что-то сказал. Солдатом, которому Арвина ушла бинтовать голову, оказался улыбающийся ей рыжий и бледный Имерек.
После этого принц запил. До самого поместья, где должна была собраться вся делегация, он не выходил из кареты. Только иногда высовывался, отдавал приказ слугам принести ещё алкоголя, и снова прятался в своем маленьком убежище.
Глава корпуса внутренней разведки несколько раз пытался образумить второго сына императора, но всё было напрасно. Подробности он выведал у видящей, несколько раз переспрашивая про человека, вышедшего на поляну. И очень злился, что Анхелес понадеялся, что на поляне ничего не произойдет.