— Не ссы, прорвемся! — буркнула Лена и начала выкручиваться из-под штурмовика. — Меня — учили. Все будет в шоколаде. Водитель хоть жив или мне вспомнить, что я тут политическое начальство?
— Зиту возьми, — безразлично сказал Кунгурцев. — Пусть тоже поучится. Пойдете головными, я с Брюханом тут… кое-что обсужу.
— У меня нет слов! — сердито сказал Лена, запрыгивая в водительскую кабину. — Ну вот как у тебя это получается?! Кунгурцев, сам Кунгурцев старательно лепит тебе алиби! Задним числом твои водительские навыки объяснить планирует! Думает, я не в курсе, как ты броневик угнала! Садись за руль, ученица! Наверняка получше меня водишь!
— Как я броневик вела, вся турецкая колонна наверняка ухохоталась! — хмыкнула Зита. — Но вообще да, с блиндером справлюсь, обычный грузовик.
Глухо заурчав мощным двигателем, блиндер покатил вверх, к тоннелю. Зита аккуратно объезжала выбоины и воронки и размышляла о Кунгурцеве. Ведь нормальный же парень, толковый, не за просто так Димитриади его выбрал заместителем. Она вспомнила его наглый взгляд и поморщилась. Ну вот когда они стали врагами? Что-то никаких объяснений в голову не приходит. Или пересеклись где-то с конфликтом, да забыла? Да ну, вряд ли…
На всякий случай она повспоминала. Кунгурцев. Приехал с родителями в Копейку во втором классе. Мать погибла во время аварии на Химмаше, отец работал там же, срок поражения в правах — десять лет… Не ужился с дворовой компанией, гордый, пошел мелким в уличную банду, чтоб иметь защиту. В банде ничем особо не запачкался. Маленький был, его там больше гоняли, чем защищали… но все же защищали. На следующий год после уничтожения уличных банд пришел в «Спартак», в штурмовую группу третьей школы. Дальше — как все спартаковцы: спортсмен-боксер, полиатлонист, снайпер, мастер скоротечных огневых контактов… и, как ни странно, военный переводчик по дополнительной специальности. Специализация — немецкий язык. В лидеры выдвинулся уже здесь, на войне…. Может, что-то из детства тянется, может, ненависть к нерусским? Откуда они приехали, не вспомнить, если из Южного пояса, тогда могут быть причины, детская ненависть — она сильная…
— Слушай, начальница службы собственной безопасности, у меня к тебе вопрос, — неожиданно для самой себя сказала она. — Где я Кунгурцеву на ногу наступила? Что-то не могу понять, как мы врагами стали, а надо бы!
— Дура ты, Зита, — вздохнула Лена. — Круглая. Нигде ты не наступила. Не обращай внимания. Это… комплекс младшего. Ты же всегда гуляла со взрослыми. Каллистратов там у тебя в любовниках, Ратников, инструктора всей кучей… а на него ноль внимания. А он так тянулся! Даже переводчиком стал ради тебя! А ты даже не заметила, все со своим Давидом обнималась. Вот и ожесточился. Кстати, не он один. Что плохо — это не лечится, ты ему по самолюбию хорошо прошлась. Что хорошо — быстро пройдет. Или его убьют, или тебя.
— Я им что, медом со всех сторон намазана? — буркнула смущенная Зита. — Как будто в «Спартаке» красивых девчонок нет!
— Да пофиг им твоя красота! — нахально отозвалась подруга. — Которой, кстати, и нету! Тут статус манит! Завалить на спальник саму заместительницу майора Каллистратова — это ого-го! Это как бы прием в высшую лигу управленцев! Э, что б ты понимала, наивная душа…
— Что у нас с новичками? — сменила Зита неудобную тему.
— Плохо у нас с новичками. Приняли девятерых из Тройки. Четко разделены на две группы, и они, подлюги, враждуют. Шестеро — явно наши ребята. Очень хотят быть спартаковцами. Пока что осматриваются, учатся жить совместно. А вот трое остальных — совсем другая песня. Они там, в Тройке, кем-то были. Наших презирают скрытно, своих — явно. Скоро что-то будет. И приткнуть их некуда. Одну пятерку из новичков сформировали, там все нормально. Зато вторая мало того что с недобором, так они чужого долбить начали! А растаскивать их по пятеркам — множить конфликты. Я уже подумываю оставить их за перевалом, честно!
Зита мрачно обдумывала ситуацию. Свалилась проблема, откуда не ждали. «Спартак» несокрушимым монолитом вставал против внешней угрозы, но тут — чужеродные силы внутри структуры отряда. Это, кстати, слабое место: стоит разбавить отряд хотя бы наполовину, и «Спартак» как явление кончится. И что делать? В принципе, системы самоочистки имеются, для того служба собственной безопасности и существует, но… свинюха Лена сразу предложила самый радикальный вариант, а он только за предательство. А на другие варианты в рейде нет времени!
— Я поговорю с ними, — все же решила она. — Если не достучусь до разума, то… оставим.