– Я, между прочим, тоже повар. Нас тут всего три человека работает. На все руки, как говорится!
Мы ещё раз благодарим и покидаем гостеприимную столовую. Сытые до такой степени, что аж в сон клонит. Однако я продолжаю думать об экономике этого «коммунизма». В столовой работают всего трое, сказала она… Значит, наверняка у них нет ни директора, ни бухгалтера, ни каких-то контролёров – зачем контроль, зачем начальство, когда трое работников друг у друга на виду? А судя по тому, что готовят так вкусно и сытно – вряд ли здесь могут заниматься воровством продуктов… Интересно, как этого добиваются? Что люди получают за свою работу в той же столовой? Какие блага? Что заставляет их работать честно?
Ответ вспыхивает у меня в голове как на табло, большими красными буквами: ЖИЗНЬ. Они получают за свою честную работу простое право жить в этом анклаве. Альтернатива проста – изгнание и смерть за его пределами. Каждый будет работать честно и с полной отдачей, если перед ним встанет такой выбор.
111. Рыжий и Пушистый.
Накладные, пропуска и разрешения.
Про местный общепит – могу подтвердить написанное Владимиром. Кормят и правда, хорошо. Мы примерно час провели в Штабе, и нас там даже напоили чаем. Но всё равно – полноценный горячий обед из двух блюд – это такая роскошь, от которой мы давно отвыкли. Так что после совещания мы первым делом отправились в ту столовую.
Но мой отчёт будет не про еду. Наверняка всем, кто на совещании не был, гораздо интереснее узнать – о чём там говорили, что решали. Сообщу, скоро. Дайте немного времени. Буду излагать по порядку.
Примерно час мы провели в Штабе, в кабинете капитана Щербакова. Я впервые с ним пообщался близко – до этого только видел его мельком на бегу. Капитан производит неплохое впечатление: молодой, целеустремлённый, деловой в хорошем смысле. По нему видно – человек на своём месте. До «события» (так он называет эпидемию зомби) начальником отдела полиции был совсем другой офицер, в чине повыше. О судьбе бывшего начальника было упомянуто лишь раз, и то как-то вскользь – мол, «был мной отстранён за деструктивные действия». Честно признаться, мне почему-то кажется, что «отстранён» – эвфемизм, за которым может скрываться всё, что угодно: от изгнания и до расстрела. А что Капитан может отдать подобный приказ – не сомневаюсь. Мужик он жёсткий. Но правильный.
О нашем прибытии его предупредили, и не только местный радист, с которым я заблаговременно связался. Ещё и Лесник из Больницы радировал Капитану, пока мы сюда добирались. Возможно, именно поэтому Артём Сергеевич (так его зовут) нашёл для нас время. Ну и в целом к нам отнёсся вполне благосклонно.
Оружия, правда, не дал – да мы, впрочем, на это и не надеялись особо. А вот цинк «семёрки» и немного охотничьих патронов обещал подкинуть, причём сегодня же. Всё-таки, есть польза от нашего рейда по горам: нас уже воспринимают не как «заезжих туристов», а как союзный боевой отряд.
Провианта мы просить сами не стали, учитывая сегодняшний наш «хабар». Но от хлеба свежего не отказались. Так что по выходу из начальственного кабинета получили мы в приёмной два листочка, распечатанных на принтере: накладные на получение «патронов 7,62х39 кол-во 1 (один) цинк 700 шт., патронов 12 и 20 к. разн. 200 (двести) шт. и «хлеба белого пшеничного кол-во 12 (двенадцать) бух.» – неплохо, неплохо!
Тут выше писали про «военный коммунизм». Так вот, эти квитки (сразу два на одном листе, для экономии бумаги!) – мне самому живо напомнили старые фильмы про времена Революции: большевики выдают мандаты на получение дров, муки и прочего… Очень похоже. С другой стороны, видно по этим квиткам, что есть какой-то учёт внутри этой коммуны, в плане распределения материальных ценностей.
От вопросов снабжения перешли к наиболее интересному – новостям «с Большой земли» и к транспортному вопросу. Здесь, к сожалению, Капитан нас не очень порадовал. Да, поезда идут. Но по-прежнему, это только эшелоны с войсками и техникой, а также грузы продовольствия и прочих запасов из «закромов Родины» (благо, один из комбинатов Росрезерва находятся совсем рядом, в Кропачёво!) И тоже под жестким контролем военных. К каждому такому составу прицеплены несколько вагонов с охраной. Оказывается, были случаи попыток диверсий на ЖД – жители каких-то полустанков на Транссибе пытались разобрать пути, остановить поезд с грузами… Кончилось это для них плохо. Понятно – фактически, страна живёт по законам военного времени. Попытки нарушить транспортное сообщение караются расстрелом. Более того! Поскольку не всегда имеется возможность установить всех виновных и зачинщиков – возрождён древний римский обычай децимации. Если кто не помнит – это когда казнят каждого десятого из проштрафившегося легиона, просто по жребию. В данном случае – был расстрелян каждый десятый из жителей. Суровые нынче времена, да…
На наш вопрос – как можно присоединиться к составу, идущему в западном направлении, последовал ответ – это невозможно. Ни на один эшелон никого посторонних не возьмут – строжайший запрет.