А гражданского пассажирского сообщения нет по-прежнему. И дело не только в том, что на это нет ресурсов. Запрет передвижения объясняют эпидемией – это основная причина, которую озвучивают. Но есть и другие причины, о которых не говорят публично. Например, опасения, что бесконтрольное перемещение населения вызовет хаос, бунты, попытки спекуляции продовольствием и прочий криминал.
Мне опять вспомнились фильмы про Гражданскую войну: люди с боем садятся в поезда, едут на крышах вагонов… память услужливо подбросила нужное слово: «мешочники». Да, что-то такое могло бы твориться и сегодня по всей стране, если бы не этот запрет.
Вот и до темы криминала мы добрались. Капитан обрисовал ситуацию: в двух словах, всё несколько лучше, чем могло быть, но всё равно хреново. Как всегда, в моменты всеобщего бардака и безвластия, на свет выползает вся мерзость. Внутри анклавов, подобных этому, Вокзальному – всё относительно неплохо. Да, военный коммунизм, да, под страхом изгнания за любую провинность. Зато люди живут и работают в безопасности и не переживают за завтрашний день. Есть пища, свет, а зимой будет и тепло.
А вокруг островков порядка – море хаоса. Где-то, как в Верхневокзальном районе, откуда мы сейчас пришли, всё захвачено мертвяками, там просто не осталось живых. Кто смог – спасся и пришёл сюда. Когда-нибудь этот район будет зачищен – скорее всего зимой, когда зомби вымерзнут…
Другой пример бардака и беззакония – пригородные районы, вроде Пушкинского, где рынок. Капитан признаёт: за зоной недоглядели… Винит в этом плохую координацию между разными ведомствами. Напоминает, что УФСИН не к полиции относился, а к министерству юстиции.
В любом случае, всё, что теперь творится в районе – это и его головная боль. Лесник, конечно, ещё вылечится и вернётся к работе. Соберёт новый отряд. И ему обязательно помогут: сводной ударной группой зачистят преступную группировку, что «держит» район. Церемониться не будут – всё «по законам военного времени». Но пока… просто слишком мало людей для такой операции. А ещё важнее другое: недостаточно просто зачистить бандитское гнездо. Надо думать о перспективе: кто будет держать власть в Пушкинском?
Ведь власть – это не только вооруженная охрана от зомби и от бандитов. Это ещё и организация мирной жизни людей. Капитан загибает пальцы: добыть продовольствие, организовать заготовку дров на зиму, наладить связь и медицину, и главное – самих людей организовать и приставить к делу либо к оружию. Им, на Вокзале, это удалось сделать. И свою задачу Капитан видит так: постоянно расширять «зону безопасности», планомерно отжимая у Хаоса дом за домом, квартал за кварталом. Но нужны люди.
Так беседа плавно сворачивает к знакомой теме: нас вербуют. Предлагают остаться здесь. Обещают трудоустройство, бытовые блага и паёк. Мы же, как водится, отбиваемся всеми конечностями. Нам надо домой! Пусть нельзя уехать по «железке». Есть ещё федеральная трасса М-5 «Урал». Кстати, что там? Пропускают ли на блок-постах? Какие документы нужны для проезда? Есть ли возможность заправляться топливом? Мы забрасываем капитана вопросами. Он терпеливо отвечает.
Движение по трассе есть, регулируется военными. Цель та же, что уже была озвучена: не допустить стихийную миграцию. Для проезда нужны пропуска и разрешения, получить их можно только у военного командования. Оно же, в принципе, может выдать талоны на топливо. Иначе никак не заправиться.
Нет, в Златоусте нет военных частей и никакого военного начальства. Обращаться просто не к кому. Нет, сам Капитан такого разрешения выдать не может. А если и напишет какую-то бумагу от своего имени – такая филькина грамота ничего не будет значить. Как сами ездят? А никак пока не ездят. Где ближайшие военные? Сто процентов – есть в самом Челябинске. И под Миассом должны быть танкисты – это ближайшая часть с этой стороны. А в другую сторону (Кыштым, Озёрск, Снежинск) – лучше вообще не соваться. Там ядерщики, их охрана сначала стреляет, и только потом выясняет – кто тут такой умный ходил.
В общем, в плане дороги домой Капитан нас ничем не обнадёжил. Но пообещал подумать, возможно – спросить у командиров соседних отрядов. И если вдруг какие-то варианты появятся – он уведомит.
Связь договорились держать. За сим – откланялись и пошли в столовую.
112. Денис Раст.
Урга, укрюк и другие странные слова.
Ближе к четырём часам дня мы начали собираться в обратный путь. Сосед с Тимофеем ещё успели смотаться в здешнюю оружейку – получить боеприпасы от щедрот вокзального начальства, а Лорик с Рыбаком – в местную пекарню, за хлебом. Ох и вкусен свежий, ещё тёплый хлебушек! Пусть мы и пообедали хорошо – не удержались, одну буханку разломали и тут же слопали.