– Где «тут», Владимир? В багажнике этой древней, мать её, колесницы? – похоже, начальник не слишком переоценивает способности «быка». – Я тебя, кретина, за чем послал?
– Суки! Бгж… блд… – только и мог бубнить бедолага из нутра «колесницы». Реально, мне даже жаль стало незадачливого Вовчика. Его босс вроде и голос не повысил, но чувствуется, что он раздражён. А ещё – что босс человек серьёзный, и огорчать его лишний раз – чревато для Володи.
– Одну минуту. – это подал голос Чесс. – Извините, что вклиниваюсь в вашу светскую беседу. Но думаю, я могу ситуацию обрисовать несколько лучше, чем Владимир. – вот же чёрт красноречивый, умеет излагать!
– Ага. Гости? – заинтересованно спросил голос из окна. – Ну, побеседуем. Обрисуй, дорогой: что, как и почему. Только вылези оттуда, хочу на тебя посмотреть.
– Я вылезу. Но вы стрелять в живого человека, надеюсь, не собираетесь? – деловито поинтересовался Чесс. – Хочу ещё напомнить, что у нас есть заложник…
– Если бы я хотел вас убить, я мог бы сделать это ещё минут пять назад, пока вы возле машины тупили. – ответил босс. – Даже сквозь стекло, если уж на то пошло. Но окно мне жалко. А заложника, кстати, не очень.
– Логично. – сказал Чесс и шагнул из под спасительного козырька наружу. – И вот я стою перед вами, беззащитный и безоружный, как одинокий Пьеро. – ружьё, кстати, он и правда оставил. Сунул его мне.
– Вас же трое? – спросил голос. Для меня – всё ещё просто безликий голос, баритон, поскольку владельца я пока не видел. Я же не такой отмороженный, как Сергей, чтобы вылезать под пули!
– Четверо, если точнее. – ответил Чесс. – Но мои друзья в данный момент выступают гарантами моей и вашей безопасности. Если вдруг начнётся стрельба – они примут деятельное участие в этом веселье. Кстати, ещё хочу заметить, что у вас-то ружьё одно, а у нас больше. Ваш Владимир своё потерял. Оно у нас. Мы его вам вернём, разумеется, когда договоримся. И если.
– Ладно, спокойно. Не будем махать оружием. – примирительно произнёс голос. – Я вижу, что вы люди культурные, с вами можно иметь дело. Так что мы обязательно договоримся, без «если». Я сейчас спущусь и открою калитку. Зайдёте во двор, посидим в беседке, всё обговорим. Интересно же, откуда вас, таких культурных, к нам занесло… Минуту…
– Николай! А что прикажете делать с нашим пленником? – спросил Чесс вдогонку. – Выпустить его?
– Выпускайте. Ему же, наверное, не удобно там. Но ружьё не отдавайте. Мне лично вернёте.
Пользуясь разрядившейся обстановкой и минутной паузой – я беру рацию в руки. Надо отключить VOX-режим, спросить Соседа, всё ли он слышал и каковы его впечатления от беседы.
– Сосед, Ильичу, как связь? Слышал наши переговоры? Приём.
– Нормально. Я уж ЗИЛа собирался гнать через поля, чтобы к вам успеть на выручку. Но судя по тому, что слышал, могу теперь не торопиться. Еду спокойно, буду минут через десять. Предупредите там, пусть нам откроют на КПП.
– Отлично! Жду. «Радионяню» сейчас снова включу. Отбой!
137. LorikK.
Дежурная по Базе.
Тут я должна сделать небольшое пояснение. Ведь предполагалось, что на вылазку в город отправится весь наш «боевой костяк» на грузовике и «Дефендере». А в лагере останутся только женщины, дети и Сан Саныч за старшего.
Но вышло немного иначе. В последний момент Сосед решил «Дефендер» не брать, поберечь дизельное топливо. Нашу трофейную «четвёрку» он тоже не взял – машина-то хорошая, вместительная, но не очень проходимая. Если придётся пробираться по буеракам, она только обузой станет. Так что все забрались в кузов ЗИЛа – благо, там места много. Покидали на пол пенки-карематы, расселись с относительным комфортом. И стрелять с борта, если придётся – вполне можно.
А во-вторых, на базе решили оставить меня. Ну или я сама, отчасти, так решила. Но начал тему Сан Саныч. Он подошёл к Соседу, когда все уже грузились в ЗИЛ. И пожелал тоже ехать, непременно. Аргумент такой: мол, чего это я постоянно в лагере торчу, с бабами да с детишками. Не совсем же я калека! Хочу в бой!
– Ну в бой так в бой. Если тебе нога больная не помешает залезть в кузов, значит бери ружьё да лезь. – сказал Сосед устало. Видимо, не хотел сейчас тратить время на лишние споры.
– А в лагере, значит, только некомбатанты останутся? – спросил мой Рыбак. Он занял пассажирское место в кабине ЗИЛа, как штурман.
– Что предлагаешь? – вздохнул Сосед. Похоже, действительно, утомили его эти метания среди личного состава. И тут влезла я. Как раз рядом была, на подножке с правой стороны, возле мужа.
– Я могу остаться. Тем более, что я всё равно хотела сегодня борщ варить. А на борщ-то времени надо – считай, полдня уйдёт как раз. Так что думаю, больше толку от меня будет на Базе.
– Добро. Значит, остаёшься на Базе, за старшего. Старшую. – поправил сам себя Сосед. – А теперь бегом-марш, открывай ворота, потом закроешь за нами, и рацию при себе держи постоянно включённой. Да не «моторолку» бери, а нормальную. Ну, найдёшь, если что – у нас в домике есть. И собакена придержи, чтобы за нами не увязался. Всё! Поехали!