– Сосед, он вооружен топором. Только топор.
– Хорошо. Он один?
– Да, по-прежнему один.
Наши стучат в ворота. Парень внутри, похоже, нервничает. Опять замер, топор в руках сжимает. Отпирать засов явно не собирается. А может, он просто боится зомби? Надо обозначить себя, что мы живые!
– Сосед, здесь Дэн. Есть идея: бросьте стучать. Подайте голос. Покажите, что живые люди.
Через две секунды стук смолкает. Я слышу голос Рыбака:
– Эй! Есть кто живой? Добрый день! Мы мимо шли, хотели спросить воды. Напиться. Ау!
Да, звучит довольно мирно. Вот она, интеллигенция в очках! И скажи кому, что этот дядя уже отстрелил черепушки полусотне зомби… не поверят.
– Добрый день! – доносится голос изнутри. Сработало! Наш парень понял, что мы не зомби и решил отозваться! – Погодите минуту, я открою ворота. Тут неудобно одному.
Он говорит «одному»… А может, это уловка? Специально, чтобы мы расслабились? А может, их там в домиках – целый отряд… Один вышел с топором, а остальные с огнестрелом в домах, у окошек?
– Да ладно, мы не торопимся. – беззаботно отвечает Рыбак. – Просто пить хочется.
– А… вы кто вообще? – спрашивают изнутри.
– Охотники мы. Из леса идём. Но почти пустые. Дичи мало. А пить так хочется.
И словно специально (или это Сосед подал команду) – негромко, тоже интеллигентно, скулит пёс. Ну конечно! Теперь каждый поверит – да, это охотники.
– Ясно. Дичь – это хорошо. Сейчас, открываю.
Падает брус. Со скрипом отворяется створка. Наши заходят. Внутри, действительно, всего один человек. Со своего поста я вижу: он убирает топор, четверо сходятся вместе, здороваются за руку. Война не случилась.
71. Интерлюдия.
Записки постороннего.
Первый раз мне повезло, когда я приехал на вокзал на такси. Было это в субботу. Кажется, 22 числа. Но точно я не уверен – календаря нет. Даже какое число сегодня – и то не знаю, первое или втрое? Спросить не у кого. А телефон давно разрядился. Так вот. Вы спросите, почему повезло? А потому, что на такси.
Ехал бы я на трамвае – сожрали бы ещё тогда.
А было так. Билет я купил на ночной поезд до Москвы. Других и не было. Отправление в 23:48 московского, а по местному (+2 часа) – аж почти в два ночи. Рисковать я не хотел, поэтому решил приехать на вокзал заранее. Всё равно делать мне было нечего. Из гостиницы я выбыл ещё днём, закинул свой нехитрый командировочный скарб в рюкзачок, да и отправился в город – коротать время. Сходил в музей холодного оружия, полюбовался клинками. Ничего не купил, пожадничал (цены там ломят не гуманные), а потом не раз пожалел об этом. Хреново всё же без ножа в такие времена.
Что ещё? В кафе сходил. Погулял по городу, поглядел сверху на пруд, раскинувшийся в чаше гор. А потом решил – а поеду-ка я на вокзал! Пусть и сильно раньше, зато гарантированно не пропущу свой поезд… Да, я такой. Осторожность и предусмотрительность – это моё второе имя.
А по каком-то капризу (кутить так кутить!) – решил не спрашивать у местных жителей, где ближайшая остановка трамвая, а шикануть напоследок. Эй, такси!... Ни Убер, ни Яндекс-такси сюда ещё не добрались. Поэтому я просто подошёл к характерно скучающей «двенашке» без шашечек, и спросил усатого водилу:
– До вокзала, стописят?
– Двести. – отрезал усач.
– Ладно, поехали.
Ехали недолго, почти без приключений. Только почти у самого вокзала случилось «Чэ-Пэ». Дорогу нам перегородил трамвай, вставший аккурат на переезде. В трамвае явно что-то происходило – сквозь большие окна электроповозки было видно, как мечутся внутри люди. То на одну сторону всех понесло, то на другую… Трамвай, кажется, даже немножко качался с борта на борт, на своей-то железной подвеске! Раздавались приглушенные стеклом крики.
Внутри, реально, происходила какая-то жесть. Вот одно окно изнутри окрасилось красным. Вот другое окно вылетело наружу брызгами калёного стекла.
– Там поножовщина в салоне, что ли? – задумчиво спросил усач. Как будто в местных трамваях это обычное дело. Я даже не нашёлся, что ответить. В этот момент кто-то, наконец, догадался открыть двери. Знаю, там внутри есть такая специальная кнопка. Её нашли, наконец, и нажали.
Из дверей трамвая выплеснулись люди. Многие в крови, в своей или чужой – не разобрать. Теракт? Но взрыва не было. Окно просто разбили изнутри – и снова я знаю, я вообще смекалистый – там такой молоточек есть специальный… А вот и он!
Молоточек торчал во лбу женщины средних лет. Но большого вреда он даме не причинил, потому что она шла – пусть несколько неуклюже – как раз в нашу сторону. Лицо женщины было синеватым – странный макияж, ещё подумалось мне. А рот женщины был окрашен красным, но не помадой. Слишком явно капала на её подбородок кровь – яркая, алая, артериальная. Это я тоже знаю. Говорю же – смекалистый.