Вот лес перед нами расступился, и показались дачные посёлки – два, справа и слева от дороги. По колонне передали сигнал остановиться, передние машины замедлились, мы догнали их и тоже встали.
– Осмотреться надо. – сказал Рыбак, слезая с «Полариса». – Лорик, Ирина, Ильич, со мной. Остальным охранять технику. Мы быстро.
Ну, осмотреться так осмотреться... Ишь, как заговорил наш рыболов-филолог! Вот что значит – поставили старшим в группе. Уже и тон командирский сразу появился. Последняя фраза только лишняя, по моему скромному мнению. Не должен командир отчитываться, когда вернётся. Ну да ладно, этот опыт ещё придёт.
Осмотрелись… Смотреть-то, правда, особо и не на что: заборы с обеих сторон, за заборами домишки. Людей не видно, машин тоже. Или в город на зиму все с дач перебрались (но это вряд ли, учитывая, что город полон мертвецов), или просто попрятались – это более вероятно.
А кстати, интересно – чем народ в своих норках занимается? Растить что-то на грядках уже не сезон. Гулять – страшно. Смотрят по телевизору старые фильмы? Улучшают рождаемость в стране? Это, конечно, неплох…
Додумать мысль до конца мне помешал резкий звук выстрела. Я даже присела машинально. Стреляли откуда-то справа, от домов. Чёрт! А мы на голом месте, здесь и укрыться негде!
– Назад, к машинам! Бегом! – крикнул Рыбак. Он уже бежал сам, попутно хватая за руку Ларису, пытаясь и меня (присевшую) подхватить на бегу. Впрочем, мне помощь и не требовалась. Едва заслышав команду «назад», я вскочила сама. Ноги уже несли меня по дороге туда, где мы оставили квадроциклы, под спасительную защиту леса. Все бежали, четверо. Только мы с Лорой – неслись, как горные козочки, а Рыбак и Ильич – топали, как два молодых гиппопотама.
Добежали, кажется, за считанные секунды. Давно я так не бегала, со школьных времён, наверное. Стометровку за пятнадцать – это какой разряд? Ладно, это лишние мысли, посторонние. Отставить.
Главное – добежали, все четверо тут. Нас уже встречали встревоженные караульные. Впереди всех – Мария.
– Жень, что у тебя с лицом? – спросила она.
– А что не так? – выдохнул Рыбак. Он явно запыхался. Да, собственно, и все мы. Мало бегаем, однако!
– У тебя кровь на щеке. Ты присядь пока, я сейчас обработаю.
Она метнулась за своей укладкой. А мы с Лорой глянули – и правда, на левой скуле у него кровило.
– Слушай, а может тебя выстрелом задело? – сказала Лариса.
– Да ладно! Я бы тогда и бежать не смог. Хотя… может, ты и права. Как будто обожгло что-то. Я подумал – мошка укусила. Но тут ещё этот выстрел, мы побежали, и уже не до мошек стало.
– Это не мошка. – сказала вернувшаяся Мария. Она принесла флакон антисептика, салфетки, бинт, пластырь. Деловито убрала кровь со щеки, осмотрела, ещё раз промокнула тампоном. Мирамистин, хорошая штука.
– Похоже, чиркнуло по касательной. Под кожей ничего нет. И хорошо. Я просто пластырь наложу.
– Я не понял… Так что, это меня пулей задело, что ли? – похоже, Рыбак сам ещё не поверил в эту реальность.
– Скорей уж пулька. Или шарик от пневматики. По размеру царапины так предполагаю.
– Да какая пневматика? Ты же сама слышала – как бабахнуло. Двенадцатый калибр, не иначе.
– Значит дробь. Мелкая. Утиная.
– Да, вот это похоже. А расстояние там было шагов пятьдесят, наверное. На такой дистанции мелкая дробь, считай, уже на излёте. Но всё равно… оцарапала, зараза. – и, видимо осознав, насколько близко в этот раз «пролетело», Рыбак возмутился. – Ну и гады, слушай! Это ж додуматься надо! В незнакомого человека стрелять из ружья, на поражение… пусть даже утиной дробью! Свинство! Не будь я сейчас на задании, да с командой наполовину из женщин – пошёл бы прямо сейчас, да разнёс бы всю деревню вдребезги пополам!
– Тише, тише. Тебе сейчас посидеть хорошо бы. – сказала мужу Лариса. – Не надо никуда бежать, никого разносить. С кем разносить-то будем деревню? С нами, бабами, да стариком Иванычем?
– Ну, в общем, да… ты права. Слабоват у нас отряд. И патронов, кстати, мало. Ладно, пусть живут. Пока. – он хищно стрельнул взглядом. – Но я их, гадов, запомню…
– Ладно. А делать-то дальше что будем? – это уже Ильич вернул беседу в практическую плоскость.
– Что делать? Для начала – свяжись с Рыжим. Сообщи, что нас обстреляли. Стреляли из этого… садового товарищества «Учитель»… учителя, мля. Был один выстрел из гладкого, потерь нет. Что мне дробинка прилетела – сообщать, разумеется, не надо.
– Понял.
– А дальше, как связь закончишь, помчимся вперёд со всей возможной скоростью. По движущимся им попасть сложнее, плюс стрелки будут видеть, что мы не в их сторону, а мимо едем. Глядишь, поберегут патроны. Наверняка у них с боекомплектом так же грустно, как у нас.