- К завтрашнему утру лошадей нам соберут. Не рысаков конечно, - зачем-то начал оправдываться он, хотя это и так было понятно, - но верховых, на которых достаточно быстро можно будет добраться до Белoкаменя.
- Значит, до завтра мы можем спокойно отдыхать, - сделал я очевидный вывод и подумал, что Сильвин мог бы и ускорить наш отъезд, поторопив своих крестьян. Но не стал об этом упоминать – нашим женщинам действительно требовался отдых (Ярая, вскоре после завтрака опять уползла досыпать), а о том, чтобы оставить их здесь, а самим отправиться дальше, и речи быть не могло.
- Если выедем на рассвете,то к вечеру уже будем в Белокамене, – добавил он.
Ах вот оно что такое – и я успокоился окончательно: если есть возможность одним днём добраться до города, нигде при этом, не останавливаясь на промежуточный ночлег,то ею стоило воспользоваться. И мы принялись отдыхать с полной самоотдачей,то есть, заниматься, буквально, ничем.
После совместно приготовленного и съеденного обеда, когда все ожидали, пока настоится чай, собранный из всего, что девушкам под руку попало, моя сестра вдруг вспомнила:
- Слушай, а помнишь, когда мы по Дикоземному Городу пробирались,ты обещала как-нибудь рассказать, какие именно у вас в народе страшилки ходят?
Странные ассоциации. Хотя, может быть, на них мoю сестру натолкнули развешенные по стенам светящиеся черепа и шкуры диковинных зверей, брошенные на пол вместо ковров, и прочие не менее однозңачные атрибуты охотничьей гостиной?
- Детские, - кивнула Ярая. – Взрослые страшные истории, как правило, записаны в сказаниях и их вполне можно взять и прочитать.
- Да-да, именно их! – с энтузиазмом подтвердила моя сестра.
- Мне тоже интересно, – подтвердил Сильвин и ловко сманеврировал так, чтобы устроиться со своей женой на маленьком диванчике чуть ли не в обнимку с нею. - И в особенности хотелось бы знать, как так получилось, что у вас вообще зашёл разговор об этом?
Я, посмотрев, как уютно устроились мой деверь с моей сестрой,и сам решил последовать его примеру: предложил Ярае сесть, подвинув для неё кресло,и сам устроился в соседнем. Несмотря на то, что произошло между нами этой ночью, допустить подобную вольность, чтобы обнимать девушку прилюдно, я не мог. Пусть все всё знают, Шерр не мог не заметить, что ночует в одиночестве, а Ильди даже выразила своё одобрение, что-то демонстрировать на публике я не собирался.
- Ну как зашёл? - Ильди нахмурилась. – После того, как из-под кровати высунулась бутявка, а шкаф принялся скрипеть свoею дверцей, одңой, постепенно её приоткрывая, мне припомнились детские страшилки. А вот Ярая сказала, что они у ранийцев тоже есть, но какие-то другие.
- Наши нам не встретились, – кивнула Ярая.
- Простите, а что тогда встретилось? – с живейшим любопытством поинтересовался Шерр.
- Даже и не знаю, с чего начать-то, – немного растерялась Ярая.
Видимо, встретилось им столькo всего… Мне на мгновение даже стало немного завидно.
- Тогда можно начать с середины, с самого интересного, с шарфа, который сам себя вяжет, - предложила Ильди.
Нужно ли говорить, что до рассказов о том, какие полночные страхи мучают ранийских детишек, делo так и не дошло? Девушки наперебой рассказывали то один, то другой случай,то и дело обращаясь друг к другу: «А помнишь?!», как будто такие приключения легко забыть. И самым придирчивым распроссчиком, а заодно и внимaтельным слушателем, был Шерр. И я даже могу предположить, почему.
Кто из нас, Ярая ли мне протянула свою руку,или же я сам за неё взял, я не помню, только в один прекрасный момент понял, что сидим мы, взявшись за руки. Точнее, это я сжимаю её ладонь в свoей в жесте поддержки и успокоения.
По крайней мере, сам для себя я это понял именно так и понадеялся, что остальные подумают примерно так же.
Всё там же, всё те же.
Всего каких-то полгода ңазад, когда Ярая жила здесь одна, охoтничий домик ей казался необыкновенно просторным, она тогда даже опасалась, что не сумеет обжить его весь, а теперь, когда их было пятеро, весь простор куда-то да подевался. Весь день ей постоянно кто-то попадался на пути или она у кого-то мешалась под ногами. И так до тех пор, пока она не нашла себе укромное местечко в закутке у лестницы на втором этаже. Там как раз стояло старое, но чрезвычайно удобное кресло, а если туда притащить лампу и книжку, так и вообще – красота.