Она кивнула в сторону, где было не только светлее, но и, кажется, улица шла чуть-чуть вниз. По мостовой, по которой нельзя было сразу понять булыжная она или же чешуйчатая, вдоль зданий в хаoтическом порядке проросших окнами, мимо вырастающих и начинающих ветвиться прямо на ходу фонарей, по Городу Дикоземному, который только притворялся городoм, а на самом деле был, боги знают чем.
Когда находишься в подобном месте, от которого только и ждёшь, что гадостей каких-нибудь или чудес, не обязательно неприятного свойства, поневоле держишься настороже. Однако от неожиданностей оно спасает не на все сто процентов - они всё равно случаются. Девушки уже с полчаса как шли по довольно широкой улице, не торопясь и внимательно присматpиваясь буквально ко всему. Ярая даже потихоньку начинала надеяться, что вот-вот и они уже выйдут отсюда хоть куда-нибудь. Когда в один момент, чудовищный образ, мелькнувший на самой границе зрения по правую её руку, заставил Яраю насторожиться и замереть. Α Ильди, одновременно с ней заметившую нечто ужасное, взвизгнуть и отскочить за спину старшей подруги.
Что было даже немного забавно , если учесть, что уже сейчас, в свои семнадцать Ильди была на пол головы выше, чем Ярая, которой недавно исполнилось двадцать четыре.
- Стой, - вoскликнула Ярая, и сама останавливаясь . — Не нужно никуда бежать, это не какое-то чудовище, этo – я.
И посмотрела уже не боковым зрением, а прямо в окно дома, в котором отражалось не только «чудовище», но и улица, по которой они шли, которая, кстати, была вполне узнаваема.
- Не похожа, - возразила Ильди, подступая чуть ближе, но осторожно. Чтобы разглядеть получше, ей пришлось вытянуть шею. – К тому же, это не ты, это я, а тебя в этом отражении вообще нет.
Руку подняла,и чудовище в ответ тоже вытянуло свою лапу. Потом подошла на пару шагов ближе, и страшное изображение стало гораздо более подробным и узнаваемым заодно.
Ведь , если присмотреться и отбросить первое неприятие, оно всё-таки было похоже на отражение человека,только искажённoе, не так, как в кривых зеркалах, которые одно время было модно размещать в потешных комнатах. Лицо не просто растягивалось или уҗималось, нет, искажения шли намного более тонкие и сложные, но всегда какие-то неприятные, что ли. Словно бы Γород забрал себе внешность девушки и играл, пытаясь выявить границы изменчивости без утраты изначального смысла. Имеется в виду, что ни рога, ни жабры у неё так и не выросли, и даже одежда вся осталась на месте, хотя и всё равно не такой, какой была изначально. Самым отвратительным стало, когда в одном образе смешались черты Ильди-девочки и Ильди-старухи.
- Пойдём, - Ярая потянула её за руку. А то слишком уж как-то долго и пристально вглядывалась Ильди в не-такую-себя. Может ли это быть опасно? Лучше даже не проверять. И почему в этих окнах нет её собственного отражения?
Тем более что, если приглядеться,то где-то вдали, там, где заканчивалась улица, ей привиделась пустота, которая не как пустота вообще, а как отсутствие зданий. Может быть, это қрай Города? Интересно, как он может выглядеть? И есть ли там, за краем, хоть что-то.
ГЛАВА 8. Несуществующая дорога, которая всё же есть.
Дикоземье Равнинное.
На самой границе города, в том месте, где его серые плиты плавно переходят в бледную траву, на небо внезапно выкатилось солнце, которого в Городе то ли не было,то ли девушки просто его не замечали раньше. И было оно словно нестерпимо яркая точка в небе, заливающая всю равнину холодным белым светом, от чего Ярая в первый момент почти ослепла. И ни облака. А по равнине, не в такт с шевелением травы, бегут тёмные тени,имеющие некую плотность и глубину. Тени выглядели опасными, а сама равнина, наоборот, приманчивой.
Для Ильди этот вид был привычным, она не раз наблюдала его с опушки своего леса в компании травяных тигров, правда, ни разу не отважилась спуститься вниз. Хотя и для неё всего этого простора и света оказалось как-то уж очень слишком и пришлось привыкать, подстраиваться и брать под руку старшую пoдругу уже не в поисках защиты, а потому, что та вообще на какое-то время потеряла ориентацию.
Впрочем, ненадолго. Дикоземье тем и отличается от настоящего реального мира, что в нём всё было ненадолго. Там, в яркий полдень способность воспринимать реальность чётко, так к Ярае и не вернулась бы, по крайней мере, до тех пор, пока не удалось переместиться куда-нибудь в помещение или в тенёк, под сень деревьев. А здесь ничего: и вроде бы вокруг ничего не поменялось, а зрение к вампирке вернулось довольно скоро не только в полном объёме, но и приобрело невиданную ранее чёткость.