Ллойд провел в Храме еще около половины нара, когда к нему вышел Верховный жрец и пригласил в свои покои. Не в кабинет, куда мог в любой момент зайти кто угодно из жрецов или послушников, а к себе. Разговор предстоял приватный.
— Верховный, ты знаешь с чем я пришел, — начал Риммили. Не спрашивал, утверждал.
— Знаю. Я уже встречался с главой Ковена, — кивнул тот. — Он подробно рассказал, что собирается сделать и чего хочет от Храма.
Это стало неприятным сюрпризом для седовласого мага. Видимо, Ролар заметил его колебания и решил проконтролировать этот пункт плана лично.
— Вы согласны или взяли время на раздумья? Все же симулировать чудеса богов… — Ллойд решил осторожничать даже в словах.
— Риммили, перестаньте! Вы же из жреческой семьи, сами знаете все об этих чудесах, — всплеснул руками тот и рассмеялся. — Их творят не боги, а люди. Я уже давно не наивный послушник. Да и в послушниках наивным не был, иначе бы не стал Верховным.
— Что ж, Ковен может быть уверенным в вас?
— Всецело. Вопрос лишь в цене, — верховный смотрел спокойно, улыбаясь с выражением лица доброго дядюшки.
— Тогда давайте обсудим, что именно вы можете сделать и договоримся о цене по каждому пункту, — серьезно произнес маг.
— Мы с главой уже договорились. Он сказал, что вы лишь передадите оговоренную сумму, — нахмурился тот.
— Есть некоторые уточнения, — ответил Ллойд. Действительно, Ролар выдал ему внушительный кошель с золотыми, завязанный хитрым узлом, чтобы маг не распутал и не посчитал. Но зачем распутывать узел, еще и заговоренный, если можно разрезать дно мешка, а потом и зашить. Его-то никто не зачаровывал.
Чудеса богов Ролар Асомский оценил в сотню золотом. Об этом можно было догадаться уже по размерам кошеля, но Ллойд решил полюбопытничать. Он достал мешок и положил на стол перед жрецом.
— Здесь то, что вы оговорили. Теперь уточнения.
Риммили подождал пока жрец распутает завязки, почувствовал магический всплеск. Сигнал для главы Ковена? Заклятье? Нет, сейчас не понять. Сквозь щит вообще плохо ощущается, а щит он накинул как только к нему подошел верховный. Просто автоматически, легкая защита от любого магического воздействия. Он-то точно знал, что многие жрецы не чурались магии и были одаренными. Так проще было заставлять людей верить в чудеса.
Тем временем верховный коснулся золота — с довольной улыбкой высыпал себе несколько монет на ладонь, присмотрелся и дико закричал от боли. На крик в покои ворвался один из послушников. Тот самый доверенный, который обретался всегда рядом. Совсем еще молодой парнишка увидел как по рукам жреца ползет тлен, иссушая кожу, мышцы и жилы. Склянка и он тоже начал кричать. Его пожирала та же зараза. Растерянный Риммили словно застыл в кресле напротив. Он был не в силах даже вздохнуть, пораженный увиденным и мыслью, что убить собирались не только храмовника, но и его. Но как? Он же пересчитывал золото! Или дело не в золоте, а в зачарованном узелке? Он спускал с поводка проклятье. О том, что это именно проклятье он уже не сомневался.
Спустя несколько склянок все было кончено. Перед ним сидела мумия в одежде Верховного, а у двери такая же мумия в одеждах послушника. Риммили встал, осмотрелся, прислушался к звукам из-за двери. Нет, в Храме не услышали криков, кто-то позаботился об этом. Из этого следовало, что скоро сюда придут проверить. Посчитают тела, посмотрят на них и поймут, что Ллойд жив. Несомненно, устранить должны были и его, и Верховного. О послушнике просто никто не подумал. Не знал? Забыл? Маг сбросил с себя мантию мага Ковена и начал стаскивать одежды послушника. Хорошо, что это была широкая роба, почти как мантия — безразмерная. Хорошо, что послушник был длинноволос, как и он сам. Сейчас из-за проклятья волосы молодого человека поседели и почти облетели. Могут принять за него? Могут. Было противно меняться одеждой с мумией, но жить-то хотелось несмотря ни на что. Он успел накинуть на покойника свою, схватил его робу и кинулся к стеллажу с книгами и свитками. За ним был ход за стены Храма. Это Риммили знал просто потому, что все святые дома, построенные великим Герандом, архитектором вставшим вровень с богами в своем созидании, имели такой ход. Всего в Империи таких было три. В одном из них служили его дед и отец, а потому Ллойд знал про тоннель. Он скользнул туда и задвинул за собой дверь-стеллаж в последнюю склянку.
В следующий миг к комнате оказались маги Ковена и стражники. Привел их второй жрец Храма. Второй после Верховного. Риммили потянулся к леям, снял щит, пригасил искру, «прикинулся ветошью», как говаривал его дед. Маги и второй жрец, или уже можно назвать его Верховным, осмотрели тела и комнату. Стражники в испуге застыли в дверях. Он не видел, но хорошо представлял себе эту картину.