— Матри, Рэм — рядом нежить, — передает он.
— Сколько их?
— Несколько. Конь считать не умеет. Матри? — та уже сидит в седле, прикрыв глаза и сосредоточившись.
За время занятий с Бьерном она и сама подросла в мастерстве и сейчас смотрит на лес, до которого графский караван не успел доехать, на дорогу, что они оставили позади, глазами вороны. Единственная птица, почему-то оставшаяся в окрестностях и не испугавшаяся нежити.
— Две рирды, с ними маг, который вроде бы управляет. Возмущения лей-линий вижу, но не уверена. Идут прямо по дороге, все равно в поле им скрытно не подойти. В общем, нам хватит, — наконец произносит она.
Командир отряда сразу же начал распоряжаться. Кареты с людьми отправились дальше по дороге на максимально возможной скорости, с ними ушли графская охрана и несколько гвардейцев. Хотя, к чему? Если отряд не остановит нежить здесь, та все равно доберется до людей в караване. Должны остановить. Нет выбора.
Рэм, Бьерн, Матрая и их «звезда» спешиваются. Зажигают припасенные толстые факелы, проверяют зелья и оружие. Они готовы к драке. Вернее, думали, что готовы. До тех пор пока на дороге не показываются страшные существа. При свете дня они выглядят еще страшнее, несутся прямо на них, вот-вот сметут с дороги и, даже не заметив, направятся дальше за своей добычей.
Потом для Бьерна все смешалось в какую-то круговерть из страха, воя, огня и крови. Он перепугался еще когда только увидел рирд. Но тут же откуда-то пришла волна спокойствия и собранности. Это Гром, отбежав на некоторое расстояние, остановился и наблюдал, делился с «маленьким братом» уверенностью в своих силах. Не будь его, парень, наверное, и не справился бы. Испугался и бросился бежать. Потом ему было стыдно за себя, но сейчас он собрался и приготовился.
Матрая, отойдя за спины гвардейцев, начала выпускать навесом зажженные стрелы одну за другой, но рирды, казалось, не чувствовали огня. В ход пошли зелья в тонкостенных круглых глечиках. Один из них, пущенный пареньком по прозвищу Мина из пращи, разбился о морду твари. Та резко остановилась, взбив снежный фонтан и завизжала, раздирая лапами морду. Вторую встретили воздушная волна, затормозившая и почти сковавшая рирду, и мечи. Когда ее разрубленный на мелкие куски труп, остался лежать, остатки отряда кинулись к той, что пострадала от зелья. Добить.
— По коням, — скомандовал Рэм, — взять мага! Бьерн, Матри, указывайте дорогу!
— Он в поле недалеко, — сориентировался Бьерн по подсказке Грома.
— Держатся рядом со мной, я накину щиты, — сбивающимся голосом приказал Рэм, потянувшись к леям и кастуя заклинание. Сил у него осталось не так уж и много.
На их счастье, маг ренегатов управляющий нежитью, вымотался еще сильнее и сейчас даже не пытался убежать. Его коня поблизости не было, а соревноваться в скорости с лошадьми было делом заведомо бесполезным делом. Умрешь уставшим. Он застыл с пакостливым выражением на лице и пристально всматривался в Рэма, определив в нем командира.
— Он пытается забраться ко мне в голову, — сквозь зубы процедил Рэм, но соратники его все же услышали и устремились к ренегату, подгоняя лошадей.
Гром вырвался вперед мгновенно и широкой своей грудью сшиб мага, отправив в снег. Бьерн тут же соскочил на землю и добавил тому пару ударов кулаком, выбивая сознание.
— Так-то оно надежнее, — пробурчал он себе под нос.
Они влили в мага драгоценный отвар чальника, погрузили того на одну из лошадей и вернулись на дорогу. Здесь остались лежат две рирды и трое гвардейцев, которые уже никогда на сядут в седло и не вскинут руки в воинском приветствии. Как ни старался Рэм держать тварь в неподвижности, она все равно достала длинной лапой со страшными когтями до Мины, разорвала ему горло, успела полоснуть еще одного парня, оставив того практически без лица. Третий гвардеец, из тех, что пошли добивать нежить, сраженную ведьмачьим зельем, получил практически такое же ранение. Тварь уже ничего не видела, зелье как кислота разъело ей морду и вытягивало силы, отправляя за Грань. Еще несколько склянок и она бы сдохла сама, но подвернулся под лапу молодой и глупый гвардеец, который сунулся с коротким мечом и подошел на расстояние удара.
Тела людей не оставили. Пригнали одну из графских телег, перегрузили барахло и уложили на нее погибших. Графиня было возмутилась такому самоуправству, но, случайно взглянув на разорванные тела, побледнела и замолчала. Видно, представила, что ждало ее, если бы не эти парни. Старший сынок Бланко сунулся посмотреть на нежить, а потом долго блевал на снег. Матри напоила его успокоительным, еще Рийной приготовленным, и отправила к матушке под крылышко. Пусть его сидит в карете и не рыпается на подвиги.