В рядах воинов пошел ропот. Каждый понимал, что их слишком мало, чтобы отстоять крепость, недоумевал, отчего капитан в свете таких событий отпустил людей Асома.
— Вы сейчас спрашиваете друг у друга, с чего тогда капитан отпустил столько людей по домам? Я отпустил не людей, я выставил из крепости предателей! Герцог Асомский предал Империю и императора, предал людей на своих землях! Он сговорился с нашими врагами. Теми, которые годами разоряли эти земли, угоняли в рабство людей, уводили скот, уничтожали наши посевы и леса, убивали нас! Люди герцога должны были отравить колодцы, если получится, то открыть ворота! Не успели!
Из толпы послышались крики негодования, а общий гул толпы усилился.
— Сейчас нам на помощь уже выдвинулось войско императора! Но нам нужно будет его дождаться. Уже через седьмицу тумен степняков будет здесь! Откроем ворота и дадим им попировать?
— НЕЕЕТ! — раздался слитный крик.
— Размажем их по этой земле. Пустим на корм хищникам и удобрение для трав!
— ДА!!!
— Тогда за работу! Сотники ко мне! Остальные пока по местам, ждите указаний от командиров.
Сотники, всего пять человек, направились к Гуннару. Вместе они составили план подготовки крепости к длительной осаде и сейчас уже каждый воин трудился не покладая рук в ожидании противника. Каждый готовился к отдыху в чертогах Навы. Даже храмовый жрец, а в крепости имелся свой, усердно работал лопатой на расчистке рва, приговаривая что-то типа, на богов надейся, а мозоли натри. Сам Гуннар вместе с парой кузнецов и несколькими воинами, умевшими держать молот в руках, сейчас ковали из гвоздей, вертели из обрезков проволоки какая нашлась, сюрпризы для степняков и коней степняков. Небольшие острошипые «йожеги», которые они раскидают перед крепостью как зерно на посев. Не очень-то побегаешь, когда тебе в ногу вопьется острый металл или такой застрянет в копыте твоего коня. Степняки своих не подковывали и урон такие вот «сюрпризы» могли нанести значительный.
Крепость Рохем стояла на небольшом возвышении, окруженном молодым леском. Кусты и деревца перед ней периодически вырубались для того, чтобы за ними никто не мог укрыться и подобраться незамеченным. С одной стороны холм огибала мелководная речушка. Она-то и заполняла ров по специально прорытым каналам. Но те давно уже заросли и ров больше походил на мелкое болотце, из которого летом по всей округе раздавались брачные песни лягушек. Сейчас, когда ночи были уже холодными, а лужи поутру иногда схватывало ледком, расчищать ров и рыть каналы было куда как проще. Вообще, Гуннар удивлялся, что каганатцы решились на большой военный поход в это время года. В степи, конечно, тоже бывали зимы, но куда как более мягкие, чаще всего даже бесснежные, чем здесь. Хотя и климат Асома казался ему очень теплым, в родной-то Роверне, наверное, уже сугробы по пояс…
— А-а-абе-е-ет! — послышалось со двора вместе со стуком поварешки по медному тазу. — Внутренняя крееепоооость! Обедать идите!
— Бросаем все и обедать, — коротко приказал он и стук молотов тут же прервался.
Гуннар прекрасно понимая, что голодный и уставший воин много не навоюет, а также то, что, скорее всего, никто из них в живых не останется, приказал не экономить продукты, а наоборот организовать усиленное горячие питание три раза в день. Если что, то этим скотам меньше достанется! Кормить воинов было велено поочередно, чтоб без столпотворения. Сначала внутренняя крепость — те, кто занят на внутренних работах, потом стена и затем ров. Поели одни, следом другие и после них те, кто копошится во рву и на поле рядом с Рохемом, устанавливая «подарочки» для степняков.
«Осталось шесть дней…» — эта мысль стуком сердца звучала в его голове. Вечером Гуннар валился с ног, но отправился проверять все, что удалось сделать за день. Обошел ров, проверил насыпь, которая постепенно начала расти, заглянул в надвратную башню, где сейчас чистился и отлаживался механизм герсов, проверил караулы и наличие масла и дров, чтобы его кипятить. Только после этого пошел в свой кабинет, где раскрыл карту и уставился на нее. Мыслей не было. Была лишь усталость и тревога: как там в других крепостях, смогли ли гонцы передать информацию правильным людям, как будет действовать каган, куда поведет войска, кроме крепостей. Не обойдет ли он их, оставив пару тысяч выкуривать упертых имперцев, а остальное войско двинет разорять поселения. Гуннар был не просто воином, он был военачальником, а потому умылся ледяной водой, выпил укрепляющий настой и принялся просчитывать разные варианты. Как бы поступил он?..