Перед ним стоял огромный серый волк и «дружелюбно» улыбался. Пока зловредная бабка не пришла за герцогом, не то, чтоб он жалел, просто нагорит потом от Модро, Лудим принял человеческий облик и оскалился в улыбке:
— А вот, когда ты действительно понимаешь, с кем имеешь дело, поговорим.
Разговор был недолгим и оставил у Альги Чангара ощущение полной беспомощности, а у Лудима чувство удовлетворения. Прежде всего, он стребовал для себя и своего клана магически подкрепленных приказов о закреплении за ними определенных земель. Ничего сверх того, что ранее итак принадлежало им. Также договорился о полном неподчинении герцогскому роду, переведя свой клан в вассалы императорский династии. Теперь Серые напрямую платят налоги и договариваются о дотациях и выделении своих воинов для охраны земель и границ Империи. Герцогство Чангар из этой цепочки исключено.
Затем юлить он не стал и ответил, что для возможности оборота герцогу стоит поискать кого-нибудь из Наварра. Да не новотитулованных, а истинных. На том и распрощался, бережно неся в руках магически подкрепленные документы, а на морде сияющую улыбку. Сразу же направился в канцелярию, чтобы заверить бумаги и запустить их в делопроизводство. Силу бюрократии он, послужив капитаном стражи Каралата, понимал очень хорошо. Как бы не сильнее Печатей нидлундов штука!
Еще много-много лет назад, когда он впервые выбрался вместе с отцом с родных болот, Дезмонд понял, что оставаться в добровольном затворничестве просто нельзя. Это приведет к гибели рода так же верно, как если бы отцу не удалось спастись в ту страшную ночь. Он пробовал говорить с ним об этом, но тот даже слушать сына не хотел. Лишь раздражался и выходил из себя:
— Нидали нас ненавидят! Ковен нас ненавидит и боится. Ровернские нас боятся! Долго мы проживем после того как кому-то из них станет известно, что Наварра живы? Нет!
— Отец, мы даже не знаем точно, что случилось. Почему император отдал такой приказ!
— Не знаем, но я догадываюсь! Они завидуют нашей силе, которой никогда не получат. Знают в нас конкурентов. Твои дед и прадед сами могли бы занять имперский трон.
— Да зачем это надо?!
— Вот именно, — чуть успокаивался отец, — нам это не надо. Только полный идиот добровольно в это ярмо полезет. Наварра — не идиоты, в отличие от всех остальных…
Такие разговоры случались не раз, не два и даже не три. Регулярно Дезмонд пытался объяснить отцу, что сидеть на болотах тоже не выход. Род должен расти, собирать знания, делиться ими. Иначе какой смысл в знании придворного этикета, пяти рунных языков или органической химии, если ты на болотах мхом зарастаешь? Лягушек изящным манерам тут учить что ли? К тому же мир меняется, совершаются новые открытия, развиваются науки и не только магические. Вот тут отец обычно давал слабину и соглашался на несколько месяцев отправиться в Нисману, чтобы под видом зажиточного горожанина, например, из Белокамня, интересоваться жизнью столицы и двора. Они вкладывали деньги в обучение перспективных магов или механиков и сами учились через них. Отправлялись в путешествия в другие страны, устраивали экспедиции на места разрушенных городов нидлундов. Но неизменно возвращались на болота, и отец снова запирался там, отказываясь перебираться во внешний мир насовсем и как-то там устраиваться. Все это время в доме жила мама. Настоящая болотная ведьма, которая и подарила Дезмонду ведьмачью силу, а та передалась и Рийне. После ее ухода за Грань отец не захотел жить. Угас за считанные седьмицы.
Дочке было уже почти шестнадцать, когда Дезмонд начал оставлять ее одну в их доме и уезжать надолго. Пересекая невидимую границу своих земель он перевоплощался в ведьмака Нареша. Под этим именем и стал присматриваться к императорской семье и государственным службам. Конечно, совсем уж надолго оставлять дочь он не хотел, поэтому пройти испытания и устроиться на работу в тот же Сыск или государственную Лечебницу ему было не с руки. Он решил стать кем-то вроде приглашенного эксперта, которого вызывают на сложные или «интересные» случаи. Это удалось достаточно быстро и, к его удивлению, просто. Оказалось, что его знания в том же лечении гораздо глубже и обширнее, чем у многих магов-лекарей, что уж говорить о немагах. К тому же познания в ведовстве во внешнем мире практически отсутствовали. Это он понял еще когда выбирался в мир с отцом. Слишком уж мало осталось ведьмачьей братии после того как они напитывали собой лей-линии мира после Исхода.
Наверное, ему все-таки просто повезло. С дюжину лет назад в столице появился Рикард Модро — сильный маг, вхожий к императору, который принялся создавать Тайный магический Сыск, специализирующийся не просто на преступлениях, совершенных при помощи магии или магических предметов. По сути это ведомство играло роль службы внутренней безопасности Империи, плотно влезая в жизнь высоких магических родов и их злоупотреблений. В Рике он нашел друга и единомышленника.