— Ваше решение закон для всех подданных Империи, Ваше величество, — присела она в традиционном поклоне, который в штанах смотрелся несколько нелепо.
— Умная девочка. Проходи и садись. Разговор предстоит долгий, а ты с дороги, да и нервы никуда не денешь, — вдруг устало и как-то совсем по-человечески вздохнул Миль Нидаль.
Лидана в удивлении глянула на него. Никто не собирался хватать ее и тащить в застенки, не заставлял торчать посреди кабинета и давать полный отчет и оправдываться. Что это?
— Садись-садись, — улыбнулся император. — Будем говорить.
Он распорядился, что в кабинет принесли взвар, каву и закуски, а затем кивнул остальным, чтобы рассаживались. Только тут она обратила внимание на присутствующих. Рикард Модро собственной персоной, принц Бун, рядом с ним девушка и парень, очень похожие между собой и молодой мужчина со здоровенной церемониальной булавой у пояса. В углу у небольшого столика, видимо, секретарь. На Наварра она все еще старалась не смотреть, и уж, тем более, встречаться с ним взглядом.
— Пока нам несут, чем подкрепиться, я хочу выслушать ваш рассказ, Лидана, — обратился к ней император по имени. — Когда вы узнали о предательстве императорской династии своей матерью и что собирались в связи с этим делать?
Герцогесса вздохнула и начала подробный рассказ. О том, как в замок прилетела сова с сообщением о магах Ковена у Наваррских топей, как и с кем она туда выехала, кого встретила по дороге, допросе Эжена и Ждана, поисках бумаг и допросах своих же людей в замке.
— Смотри-ка, Дезмонд, твоя дочка и тут отметилась! — вдруг рассмеялся Рик, пихая Наварра локтем. — Она вообще человек?
— Нет. Ведьма же, — пожал плечами тот.
— Вы двое, — шикнул на них Миль Нидаль, — не перебивайте, пожалуйста. Потом позубоскалите. Как дети малые… А вы продолжайте, герцогесса.
— Да, собственно, и все. Я сразу же собрала свой отряд и отправилась сюда, чтобы вымолить прощение для матери. Я привезла все дневники предков и бумаги матери, готова оплатить ее свободу или хотя бы жизнь хоть чем… Сообщение и ваш летучий отряд встретили нас уже в дне пути от Нисманы, — быстро окончила она свой рассказ.
— Где дневники? — жестко произнес Наварра, а от звука его голоса все тело Лиданы покрылось липким холодным потом. Страх перед Наварра, который, кажется, передался с молоком матери, не спешил уходить. Да никогда, наверное, и не уйдет. А у этого еще и дочь есть. Откуда она вообще взялась в ее истории? И тут Лидану осенило! Та самая девчонка на постоялом дворе! Неужели?
— Оставила у своих людей за стенами. Я могу написать им, чтобы передали гонцу все, — она сказала это не поднимая глаз.
— Пиши, — и секретарь тут же положил перед ней бумаги, перо с чернилами и сургуч, чтобы она запечатала послание своим кольцом.
Вскоре к ее отряду направился гонец, а Лидана чуть отхлебнула остывший взвар, чтобы промочить пересохшее горло. Основная часть разговора еще впереди, осознавала она.
— Герцогесса, вас проводят в комнату, где вы сможете отдохнуть. Мы пока ознакомимся с вашими бумагами и продолжим нашу несомненно увлекательную беседу позже, — аудиенция была неожиданно окончена. Ей давали передышку.
Лидана вышла из кабинета вслед за гвардейцами. Она ожидала чего угодно — роскошных покоев Роверна во дворце, холодной камеры по соседству с матерью, но не казарменного вида здания и серой безликой комнаты. Узкая кровать, стол, стул и дверка, ведущая в уборную с душем. На кровати лежала гвардейская форма ее размера без знаков различия и чистое женское исподнее. Неожиданная забота.
Как только ее оставили одну, герцогесса села на кровать, опустила лицо в ладони и горько расплакалась. Она-таки не выдержала. Пока была цель, надо было держать себя в руках и двигаться вперед, пока был хоть какой-то план, она была собрана и спокойна. Но сейчас, пребывая в полной неизвестности, вспоминая пронизывающий взгляд черных глаз Дезмонда Наварра, Лидана просто сдалась. Что теперь ее ждет? Что ждет ее герцогство…
Несколько дней клан Крадущихся провел в «Снежных волках». Оборотни напрягали Тларга гораздо больше, чем он мог себе представить. Вот уж воистину пеньки лесные. Приперлись и думают, что раз они оборотни у оборотня в гостях, то им сам ягхр не страшен. Выставить бы их, или скорее отправиться в Нисману на поиски Рийны…
Все планы поменяли вести из крепостей. Степняки идут. Тут их помнили так же хорошо, как и в приграничных землях. Когда-то волны набегов докатывались и до Каралата, разоряя город. Правда, вот уж более десятка лет немытые скотники сидели на своих землях тихо. Поговаривали, что у них-таки установилась какая-то государственность и те даже пару раз прибывали в город с торговыми караванами. Но торговать они совершенно не умели, а потому зачастую степные ковры, лошадок и какие-никакие диковинки привозили местные купцы, которые нашли в себе смелость ездить в Степь и вести с ней дела. Правда, особым спросом каганатские товары не пользовались, тем не менее постепенно про угрозу от юго-восточного соседа стали забывать. И тут как гром среди ясного неба сообщение о несметных туменах, которые Каган ведет на Империю.