— Думаешь? — засомневалась я и, получив утвердительный кивок, чуть не расплакалась, — Иееех, а счастье было так возможно.
— Совсем плохо? — спросила подруга.
— Ага. Я с месяц назад несколько наров в седле провела, с остановками и отдыхом, а все равно потом лежала как зимующий сурок с болью во всем теле.
— Доедем до таверны, надо бы в баньку и я разомну тебе мышцы, я знаю как. Тебе полегчает. Ну и зелья свои попьешь. А так, готовься, что еще несколько дней будешь никакая. Орлика только жалко.
— Кого?
— Орлика. Коня, которому ты сейчас спину стираешь. Поверь неумелый наездник животному вредит точно так же, как и себе, — отозвалась Матрая. — Но его я подлечу, я теперь, как дар открылся, кое-что умею.
— И ты даже не представляешь как это вовремя! Не представляю что бы я без тебя делала.
— Сперла бы лошадь у какого-нибудь деревенского бедолаги, стерла бы ей всю спину, а себе пятую точку… — Матрая рассмеялась так заразительно, что я не удержалась и тоже «поймала смешинку». Так перешучиваясь мы и доехали до постоялого двора.
Посмотрев как подруга сползает с несчастного Орлика, а потом ковыляет ко входу в трактир, Матрая покачала головой. Спустив с седла Трезорку, сняв с коней сумки с вещами и передав поводья подбежавшему мальчишке-конюху, девушка наказала тому расседлать, почистить и накормить. Она подозревала, что до завтрашнего утра они отсюда точно никуда не выдвинутся.
Постоялый двор мне понравился. Не «Снежные волки», конечно, но полы и столы чистые, с кухни пахнет довольно аппетитно, подавальщицы не зашуганные, в чистых фартуках.
— Доброго дня, госпожа, — поздоровалась со мной дородная женщина, стоящая за стойкой. Видимо, хозяйка. — Отобедать или отдохнуть остановитесь?
— Двухместная комната есть? — чуть морщась от боли спросила я. — Нам бы с подругой до завтра, плюс ужин, завтрак и баня. За лошадками присмотреть.
— Конечно, госпожа, — та достала ключ с прикрученной к нему колобашкой с вырезанным на ней номером 3, - баньку только топить начали, будет готова через пару наров. Я девушку пришлю с сообщением. С вас два сребра за все, включая корм лошадкам.
Я достала деньги и, не торгуясь, расплатилась. В этот момент в зал вошла Матрая, нагруженная нашими сумками. Ооох, а я совсем про них забыла. Только свою ведьминскую и взяла.
— Да ладно ты, не беспокойся, — улыбнулась та. — Ты все равно их сейчас не утащишь. Здравствуйте.
Она поздоровалась с хозяйкой. Та улыбнулась и поздоровалась в ответ.
— Я заплатила за комнату, баню и остальное. Задержимся же до утра? Я сегодня под страхом смерти больше на коня не влезу.
— Конь тебя под страхом смерти себе на спину сегодня и не возьмет, — отшутилась та в ответ.
Мы кое-как вползли на второй этаж. Ну, как мы, я. Матри легко взбежала по лестнице, даже нагруженная всем нашим скарбом.
Комната была небольшой, но аккуратной и теплой. Щели в оконных рамах были аккуратно заткнуты мхом, а в углу на камнях стояла металлическая жаровня с красными углями. Рядом ящик с тем же углем. Мы скинули с себя верхнюю одежду, я так прямо на пол, и прошли внутрь. Я сразу же, как была в одежде, упала на кровать и со стоном вытянулась во весь рост.
— Сейчас ужин закажу, а ты пока найди у себя какое-нибудь зелье.
— Позже, такое лучше на ночь выпить, у него легкий сонный эффект. А пока ужин, баня и массаж, который ты пообещала.
Когда нам принесли ужин, я некоторое время не могла найти в себе сил, чтобы просто подняться с кровати и сделать несколько шагов для стола. Но желудок уже неоднозначно вопил, что его нужно кормить хотя бы раз в сутки. Кормили здесь неплохо, хотя до меня местному кухарю было далеко, с некоторой долей гордости признала я.
В бане Матрая, увидев мое разрисованное тело, воскликнула:
— Это еще что за рисунки?
— Это заклятья.
— А ничего, что мы их сейчас водой и паром?
— Они не смоются. Исчезнут только, когда я их активирую и использую. Это ведьмачья ритуалистика, — пояснила я.
— Надо же, даже не знала, что вы так можете. Думала, что вы в основном зельями, заговорами и схемами…
— Так это и есть наши схемы, просто я их не на бумаги, камне или земле начертила, а на себе.
Пар и массаж действительно помогли. Мышцы расслабились, их уже не сводило судорогами и я почувствовала себе более-менее живой. В комнату мы возвращались разомлевшие и пахнущие дымом и хвойным мылом. Проходя через зал, я отметила, что людей на первом этаже постоялого двора значительно прибавилось. За дувмя длинными столами сидели мужчины, по виду воины, что-то в них показалось мне странным. А вот в углу за дальним столом явно устроились маги. Среди них выделялась высокая светловолосая девушка, которая смотрела на своих товарищей с каким-то материнским выражением лица. Что-то было в ней знакомое, но я решила подумать об этом наверху.