— Подставить его через сына не вышло, спасать мальчишку он не помчался, императорский гнев на его голову не пал, опала отменилась. Прибыл в столицу, оставив часть армии по крепостям на границе к Каганатом. С одной стороны, это хорошо, там меньше народу, проще будет крепости расколоть, с другой — слишком много преданных ему частей рядом со столицей. Начнись беспорядки и он быстро введет войска в город, — начал свой доклад Мигель. — Планируется, что посетит малый императорский прием через три дня. Менталист готов, зелья, ослабляющие концентрацию, тоже. Человек, который угостит ими генерала, есть, Есть и второй, мало ли.
— Отлично. Дальше Бланко, — несмотря, что в фамилии казначея не было ни одной шипящей буквы, у Асомского получилось ее прошипеть. Уж больно он не любил графа. За что? Да за все! За неподкупность, за то, что не путал имперскую казну со своим карманом совсем уж бесстыдно, за отказ делиться сведениями, за сильных одаренных детей тоже. У самого-то главы одни пустышки родились. За то, что отказался роднится. Видите ли своим сыновьям он подберет более достойные партии. Р-р-р-р.
— Здесь сложнее, сами знаете, родовая особенность семьи Бланко, — ответил ему старый соратник Вериний Лисовской, уроженец Чангарского герцогства, — ни один менталист их защиту не пробьет. Да и просто так к нему не подобраться. Он мотается из дворца домой и из дома во дворец, в охраняемой карете. Просто так по городу не бегает, поэтому мало что можно организовать. А вот жена и дети у него более беспечны…
Действительно, совершенно не обязательно убивать самого человека, чтобы тот не смог не то, что работать, себя бы не помнил. Достаточно устранить тех, кого он любит. А жену и сыновей Арен обожал. Вот на них-то и нацелился Ковен, причем на всех сразу. Они должны были через седмицу отправиться в родовое поместье на зиму, вот по дороге с ними и произойдет несчастный случай. Нападение нежити счастливым точно не назовешь.
— Лад готов? — бросил глава.
— Да, маршрут нам известен, а потому Лад со своим выводком будет ждать в условленном месте.
— Это хорошо. И позаботьтесь оставить в живых хоть одного свидетеля. Пусть в красках расскажет графу как умирали его родные, — улыбка у Ролара Асомского сделалась уж совсем жуткой. Даже соратников передернуло. — Кстати, объясни-ка мне, каким образом Лад был раскрыт?
— Я подробностей не знаю. Сам расскажет, как задание выполнит. Пока связь у нас, сам понимаешь, ни к ягхрам.
Глава Ковена кивнул и оставил эту мысль. Действительно, даже если и осталась там от отряда пара человек, они уже ничего не решат. Даже донести не успеют. Координатора-то у них сейчас нет. Об этом Ковен заранее позаботился.
— Что с Модро?
Ответственный за голову Рика несколько замялся. Да, главу тайного имперского сыска достать было сложнее всего. Даже менталист не справился, так как Рик постоянно носил на себе такое количество всяких побрякушек ото всего подряд, что даже понять которая из них отвечает за защиту от ментальной магии не представлялось возможным. Ей-Свив, к императору и то было легче подобраться. Кроме того, Модро был сильным магом, постоянно окруженным сильными магами, да и ведьмак после своего побега всплыл рядом с ним.
— Пока ничего. Удалось пристроить в его ведомство пару наших человек, но они пока среди гвардейских новобранцев. Раньше надо было о нем задуматься… — ответил все тот же Вериний.
Несмотря на то, что Рик откровенно раздражал Ковен с самого своего появления рядом с императором, а о его принадлежности к правящей семье среди магов было неизвестно, маг не воспринимался как лицо на ключевом посту. Только спустя несколько лет, когда Рик наладил работы Магического Сыска, создал малым не собственную армию из магов на службе императора, его оценили как противника. Но к этому времени проникнуть, что в ведомство, что в ближники к нему стало практически невозможно. Чего только Ковен не делал? И баб подкладывал, и людей своих в сыск устраивал, и слежку за ним налаживал. Каким-то (магическим, никак иначе) образом тому удавалось сбрасывать хвосты, увольнять людей, расставаться с женщинами… И все тихо-мирно, без скандалов и смертоубийств.
— Да что он? Заговоренный что ли? — не удержался один из присутствующих. — Как сами боги ему помогают!
— Ага, или ягхры у него на службе, — поддержал Асомский. — Кстати, что у нас со жрецами?
— Работа ведется, пока рано говорить о каких бы то ни было результатах, — отозвался седовласый барон Риммили.
Сам выходец из семьи жрецов, внутреннюю кухню религии он знал как никто. Ллойд Риммили был первым одаренным в семье, а потому, прослужив в храмах несколько лет, решил оставить стезю жреца и был с распростертыми объятьями принят в Ковен на обучение. Конечно, немало тому способствовали и щедрые пожертвования, принесенные магам его отцом. Тем не менее, связей среди служителей богов он не растерял и вот уже около года приводил план Главы Ковена в жизнь.