- Рен, слева, - крик Лиса раздался вовремя, - лезвие восточного изогнутого меча, явно направленного в почки, лишь слегка зацепило бок, когда Рен повернулся к очередному врагу.
Прижавшись спиной к фургону, Эли испуганно смотрела на разворачивавшееся сражение, то и дело сглатывая горькую слюну. Бой, так красиво описываемый в книгах, оказался жутким зрелищем, и больше всего ей хотелось закрыть глаза, спрятаться, не видеть... Но она смотрела как завороженная, смотрела, не в силах оторвать взгляд от смертоносной картины.
Блеск меча Рена, и рука нападавшего с зажатым в ней боевым топором падает на землю; Дартин, рубящий врагов огромным двуручником, словно лесоруб дрова; юркий Лис, доставший врага стремительным, точно бросок змеи, ударом кинжала в незащищенное горло... Металлический запах крови и мерзкая вонь экскрементов... Хриплое, сквозь зубы, дыхание, крики боли и немыслимо грязные ругательства...
Арбалетный болт вонзился в землю рядом с ее лошадью, пролетев буквально у ее носа. Испуганное животное рванулось в сторону, заставив девушку выпустить недоуздок и зашипеть от боли в руке - силой рывка ей содрало кожу. Направив тонкую струйку Силы, она сжала зубы и снова неотрывно уставилась туда, где сражался Рен.
"Боги!" - Эли застонала, словно клинок разбойника пронзил не плечо Рена, а ее собственное. Казалось, на миг ее сердце замерло и снова забилось, когда он удивительно красивым движением ушел из-под следующего удара. И когда его бок окрасился кровью - вскрикнула, шатнувшись вперед, точно пытаясь помочь ему и позабыв, что сама она осталась незащищенной...
Разбойников было больше, но наемники сражались с отчаянием обреченных, и постепенно нападавших становилось все меньше. Остальные мужчины каравана - возчики и сам хозяин - не остались в стороне от сражения, стараясь добивать раненых врагов.
Эли так напряженно следила за Реном, сжимая в руках взведенный арбалет, что ощутила угрозу всего за несколько мгновений до того, как нацеленный точной рукой кинжал должен был попасть ей в спину. Она буквально рухнула на землю, пропуская над головой смертоносную сталь, и тут же вскочила, поворачиваясь лицом к атакующему и отбрасывая в сторону ставшее бесполезным оружие: в падении арбалет выстрелил, не причинив противнику ни малейшего вреда. Схватившись за рукоять кинжала, девушка отшатнулась от надвигающегося на нее мужчины, с перепугу показавшегося ей настоящим великаном.
- Что, сучка, испугалась? Сдохнем вместе! - прошипел он, занося меч над ее головой.
Казалось, время замедлилось, совсем как на тренировках у исы Ларты. "Используйте любые преимущества, - словно наяву услышала она голос учительницы, - и никогда не сомневайтесь!" Воздушная плеть хлестнула по ногам нападавшего, а Эли изогнулась, вонзила кинжал чуть ниже кадыка и стремительно отскочила в сторону. Нападавший неверяще посмотрел на нее, а потом безжизненной куклой свалился на землю, из его горла толчками вытекала кровь. Девушка взглянула на свои руки и вскрикнула - кровь попала и на них. "Я его убила, - она смотрела на труп, не в силах отвести взгляд, - я и правда его убила..."
Рен перерубил плечо последнего нападавшего и повернулся как раз вовремя для того, чтобы увидеть удар Эли. Рядом охнул Гарт:
- Ну и девка!
Рен рванулся к жене, вне себя от страха и тревоги. Подбежав, он с облегчением заметил, что та цела и невредима - по крайней мере, телесно. Лицо ее было белее снега, губы побледнели, руки тряслись... Подняв глаза на Рена, она дрожащим и прерывающимся голосом спросила:
- Я и правда... его убила?
- Да, милая.
- И еще как, превосходный удар! Не каждый мужчина так сможет! - прогудел командир отряда, подходя к ним.
Эли посмотрела на него безумным взглядом и согнулась в приступе жестокой рвоты. Рен обхватил жену за плечи, не давая упасть, чувствуя, как ее буквально колотит. Наконец она выпрямилась и отвернулась от мужчин, пряча глаза. Рен обнял ее и прижал к себе - совсем как ребенка, нуждающегося в утешении. Она не отшатнулась, чего он втайне боялся, напротив: уткнулась лицом в его грудь, вцепившись в куртку так, что суставы пальцев побелели. Постепенно дрожь ее начала стихать, а бешеный ритм сердца - замедляться.
- Девочка, он твой первый, что ли? - сочувственно спросил Громила Нерр.
Эли непонимающе вскинула на него глаза, и мужчина пояснил:
- Говорю, первый, кого ты убила?