- Скоро узнаешь, - усмехнулся Рен и добавил, любуясь обиженным лицом жены, - не сердись, Эли, это сюрприз. Что?
- Кто-то идет, - девушка тряхнула головой, возвращая лицу холодно-надменное выражение.
- Не удивляйся, - прошептал Рен и подмигнул ей.
Через несколько секунд раздался стук в дверь. Служанка, вошедшая после разрешения Рена, сделала книксен и сказала:
- Милорд, прибыли ваши люди с каретой.
- Отлично, - кивнул тот, с торжествующим видом покосившись на Эли, - помогите миледи с вещами, мы уезжаем немедленно.
- Но я бы хотела посетить храм, - подала голос Эли.
- Я сказал немедленно, - голос Рена был холоден словно зимний ветер, - через полчаса вы должны спуститься вниз, миледи.
Дождавшись, пока жена "с неохотой" отрывисто кивнет, он вышел из комнаты. Эли проводила его взглядом, посмотрела на служанку и потребовала:
- Принесите мне перо и бумагу, срочно!
Все время, пока она служанка складывала вещи, Эли корпела над небольшой запиской, тщательно изображая гнев и расстройство. Наконец она отложила перо, посыпала бумагу песком, давая просохнуть чернилам, и подозвала как раз управившуюся с вещами девушку к себе. Та с интересом уставилась на гостью, Эли вздохнула и спросила:
- Как вас зовут?
- Трина, ваша милость.
- Трина, могу ли я вас кое о чем попросить? Разумеется, не бесплатно, - Эли достала пару серебряных монет и протянула их служанке, глаза которой радостно блеснули, - и так, чтобы об этом не узнал мой супруг.
- Конечно, миледи, я с радостью выполню Ваше поручение, - девушка покосилась на дверь, - и буду о нем молчать. Барон уж больно суров...
- Да, и с подозрением относится даже к самым невинным вещам, - с раздражением произнесла Эли, - я прошу вас передать это письмо главному жрецу, лорду Сиарну.
- Слушаюсь, миледи, - Трина понимающе улыбнулась, - только я смогу сделать это лишь вечером, после работы.
- Это неважно, - отмахнулась Эли, - только спрячьте письмо, чтобы мой муж не заметил, и отнесите вещи вниз.
Рен ожидал ее у дорожной кареты с гербом эн Ростаров, беседуя с кучером. Тот низко поклонился подошедшей Эли:
- Миледи, рад видеть вас в добром здравии. Орва!
Вышедшая из кареты сухощавая, с немного унылым лицом женщина лет тридцати поприветствовала супругов, забрала вещи у Трины и помогла Эли сесть в карету, заняв место рядом с "хозяйкой". Рен сел напротив, крикнув:
- Трогай!
Карета неторопливо ехала по улицам Артвара, а Эли сверлила взглядом мужа, раздумывая над тем, как и когда он все это устроил. И кто эти двое? Покосившись на спокойную "камеристку", повернулась к окну и принялась рассматривать город.
Через час карета достигла западных врат Артвара. Совсем недавно они въехали сюда с караваном, и вот сейчас уезжают, продолжая странный маскарад...
Примерно через полчаса после того, как Артвар остался позади, карета свернула с главной дороги, остановившись у небольшого придорожного леска. По-прежнему молча Рен помог Эли выйти из кареты и повернулся к кучеру:
- И что вы теперь делать будете?
Тот хмыкнул:
- Как и договаривались. Орва, помогай!
Через полчаса никто не узнал бы в скромной дорожной карете ту, что недавно отъехала от "Короны Артвара". Содранные накладки из позолоченного дерева занялись веселым пламенем, за ними в костер полетела ливрея кучера и тряпки, с помощью которых с запряженной в карету вороной пары смыли краску - как оказалось, даже масть коней была фальшивкой. Кони Рена и Эли, до этого привязанные к заднику кареты, щипали траву рядом со сваленными на землю вещами. Кучер, сменивший ливрею на темные штаны и поношенную кожаную куртку, белозубо улыбнулся Рену:
- Ну что, принимайте работу!
- Отлично, - кивнул тот, - а вернетесь в город вы как?
- Объедем да через восточные врата въедем. Да тут и без того особо не заметят, ярмарка же. Видели, сколько народу на въезд стояло?
- И всё же...
- Ага, как по договору. И не бойтесь, не проболтаемся, а то Старый Ворон нас без каши съест!
Рен кивнул и протянул мужчине кошелек. Тот развязал его, вытряхнул на ладонь три золотых монеты и кивнул:
- Приятно было с вами работать. Точно больше ничего не надо?
- Нет, только держите язык за зубами. Хоть мы и не собираемся в Артвар возвращаться, всё же не хочу, чтоб кто-то знал, как мы из города выбрались.
Как только карета скрылась вдали, Эли повернулась к Рену и возмущенно заявила:
- Мог бы и предупредить! А если бы я не смогла сыграть достаточно убедительно?
- Ты? - он улыбнулся, - невозможно!